Сибирские огни, 2006, № 1

— А я поговорю с вашим начальством, попрошу. — Нет, не нужно. Что вы! Меня тогда уволят. — К нам приезжает Патрисия Каас, моя мама ее очень любит. Может, мы с вами на концерт сходим?— предложил Кормлев. — Может быть, может. Потом об этом поговорим, ладно? — Даша извиняюще улыбнулась и скрылась в дверях гардеробной. -—Так, старик! Тебя там женщины ждут, скучают, а ты тут персонал клеишь, — у входа в зал стоял Панфилов, засунув руки в карманы. — Какие женщины? — Красивые, умные, добрые, милые! — Таких не бывает. — Бывает, старик, бывает! У нас все бывает! — заверил его Панфилов. — Пожи- даев из Москвы приехал, хочет с тобой увидеться, — уже серьезно продолжал Пан­ филов, подведя Кормлева к столику, за которым сидели две молодые, действительно красивые женщины и средних лет мужчина в шикарном черном костюме. — Вот, дамы!Позвольте представить нашего школьного друга, безумно талантливого писате­ ля, поэта, обаятельного зануду и просто замечательного человека Сергея Кормлева! Женщины тихо засмеялись, заулыбались широко и радушно. — Ну, ты просто какую-то тронную речь произнес, Панфилов, — встал из-за стола мужчина, ловкий, статный, высокий, подошел к Кормлеву, сердечно обнял его, похлопывая по спине: — Рад, рад тебе, дружище! Елки с палками, сколько же зим мы с тобой не виделись? Ну, садись, садись же! Познакомься, Сергей, это мои референ­ ты и очень доверенные лица — Оксана и Лера! — И очень красивые лица! — вставил Панфилов. — Девушки, не смущайтесь. Все, что здесь наговорил Панфилов, — неправда, — обратился к женщинам мужчина в черном. — Сергей самый обыкновенный гений и наш школьный друг. Его усадили за стол, и к Сергею опять вдруг пришла откуда-то уверенность, будто он действительно знает этого мужчину, давно, будто это действительно его старинный школьный приятель Пожидаев. — За встречу, за встречу! — голосил Панфилов, успевший уже наполнить бокалы. Опять замелькали рюмки, бокалы, ножи, вилки, лампа, официант, темная бу­ тылка, обернутая в пожелтевшую от времени бумагу, масляная физиономия Панфи­ лова, породистое, благородное, приветливое лицо Пожидаева. Красивое, точеное лицо Леры, голубые глаза которой смотрели на него как-то тепло, заинтересованно, светло и нежно — как смотрят иногда юные жены на своих безмерно любимых мужей. И руки — ухоженные, нежные, нервные, с длинными ровными пальцами и ногтями, накрашенными матовым розовым лаком. «Вот где я их видел, эти руки!» — понял неожиданно для себя Кормлев. Откуда-то издалека до Кормлева доходило, что Пожидаева зовут Николай, что он второй и чуть ли не более близкий, чем «охламон» Панфилов, его школьный друг. Что в школе, оказывается, Кормлев был драчуном и заводилой, их хулиганскую тро­ ицу называли «ПКП» по начальным буквам их фамилий, что Пожидаев часто поко­ лачивал Панфилова за его скверный характер, а Кормлев их мирил. Что Пожидаев теперь известный режиссер, и Кормлеву даже казалось, будто он вспомнил два-три фильма, снятых Пожидаевым, и что они ему даже понравились. Что Пожидаев те­ перь собирается снимать что-то совместно с «западниками», но у них нет хорошего сценария, и он уже говорил с Семеновым об этом, и Семенов предложил ему в качестве материала повесть Кормлева, и Пожидаев в восторге, это то, что ему нуж­ но! И теперь Пожидаев только «туда и обратно по делам». А когда вернется, они вместе засядут за сценарий, как в старые добрые времена, когда писали потешные истории про своих одноклассников, вместе смеялись над ними, а «подлец» Панфи­ лов им завидовал и трепался о том направо-налево... Лера смотрела на него своими удивительными глазами, держала его за руку, что-то говорила тепло и проникновенно, будто они знакомы уже целую вечность, и это знакомство носило далеко не формальный характер... ДМИТРИЙ ОГМА КАФЕ «ПАТРИСИАННА»