Сибирские огни, 2006, № 1

ВИТАЛИЙ ЗЕЛЕНСКИЙ Ж ] РУССКОЕ ПРОСТРАНСТВО заново, похорошели, иные же чувствовали себя обделенными. Их пытались спасти самьм дешевым способом: сселить с центральными усадьбами. Существовал ли иной выход из положения, коли всем стало ясно, что деревня не хочет более мирить­ ся с бездорожьем, отсталыми технологиями, убогим бытом, отсутствием выбора профессий? Да, в головах пишущих созревала мысль о том, что строить надо сейчас не города, а все силы бросить на поддержку села, помочь крестьянам так устроить свои рабочие места, свой быт, чтобы ему, крестьянину, и не захотелось бы менять свой образ жизни среди чистой природы на городскую скученность и вечные заботы об улучшении жилищных условий за счет государства. Иван Иванович Леунов однаж­ ды заявил, что он прекращает всякое строительство на центральной усадьбе и пере­ ключает силы и средства на бригадные поселки. И добился своего! А знаменитый колхозный председатель из Верх-Ирмени Герой Труда Юрий Федорович Бугаков не раз требовал с различных трибун именно такого решения вопроса: прекратить рас­ точительное строительство в больших городах, дать работу мощным городским стро­ ительным организациям в деревне. Словом, возможность исправить «загогулину» была. На то и плановое хозяй­ ство, чтобы сгустить все средства и волю там, где обнаружилось слабое звено, кото­ рое надо укрепить. Однако не будем забывать где был в то время автор кривого словечка и как такие умельцы руководили делами страны. В новом тысячелетии жадные до халявы капитализаторы разорили Россию, а более всего — еще раз и, похоже, окончательно — деревню. И я очень боюсь, что именно сейчас кому-то показалось, будто все счастье земли не за трудом, как выра­ зился поэт Брюсов, а за частной собственностью на землю. Ему или ей показалось, что вот так будет лучше, это прозвучит как робкий намек на свою вину.Но не покая­ ние. И еще боюсь, чтобы нам всем не показалось, что вылезать из этой беды, конеч­ но, нужно, но поздно... Да, за 15 лет после предательского развала второй сверхдержавы мира страна опустилась до положения государства третьего мира. Никто за это не ответил, слов­ но все произошло само по себе, никто в том не виноват.А простой народ вообще ничего подобного не ожидал, и даже еще сегодня найдутся среди граждан люди, которые не понимают, что с нами всеми произошло. При том, что в решающие годы он был самым читающим народом в мире! Давайте сейчас проведем маленькую викторину. Вопрос к читателям: кто напи­ сал вот это стихотворение, цитирую по памяти. В безмолвии над скорбным гробом дота Слетает пожелтевшая листва. Здесь не увидел часа торжества И встречи с другом не дождался кто-то. И словно бы еще рождает стон Обрушенный снарядами бетон. И словно бы убитый, павший тот, Навек причисленный к бессмертной роте, Безгласно окликает: кто идет? И спрашивает: как дела на фронте? Ну что ж, приветствую тебя, солдат. Ты кончил путь и все свершил что надо И спишь под пересверком листопада, Не получив заслуженных наград. А фронт ушел за брянские леса И смолк на запад от Берлина где-то, И внук твой пялит синие глаза На журавлей, что отпевают лето, Их клинопись уже отрешена От рощ и рек, где синь сочит простуду, И тишина, и тишина повсюду— Ни взрыва, ни пожара, тишина...