Сибирские огни, 2006, № 1

Весной тех, кто пережил тиф, повезли эшелоном в Германию. Привезли в Го- вельдорф. Это на границе Германии и Франции. Здесь, помню, произошел такой л случай. Погнали нас на работы. Копали какой-то ров. Или котлован. Смотрю, ребята ^ что-то заходили, зашумели. Крики! Охранник подбежал, а— поздно. Дело уже сдела- К но: двое лежат с разрубленными головами. Предателей зарубили, провокаторов. ^ Немцы засылали своих осведомителей. Те вынюхивали, доносили на командиров и ® руководителей. Мы хоть и пленные, подневольные, и любого из нас можно было g убить, унизить, но были мы все же не стадо баранов и рабов. С предателями расправ- щ лялись на месте. Я После этого случая раскидали нас по разным лагерям. Я попал в городок Торн Ч на Висле. И там встретил своего довоенного друга Васю Жижина. Мы с ним вместе 5 учились в медучилище. Бывает же такое!.. Вася воевал с сорок первого года, с 22 § июня. Первый бой принял на Буге. Родом он был из тульской области. После войны W жил в Пущине. Несколько лет тому назад умер. Я ездил хоронить его... Вася меня сперва не узнал. Борода— это поддела. Ау меня от продолжительно- £ го голода и истощения организма появились сильные отеки. Нажмешь на мышцу— S ямка остается. Белковые отеки. Мешки под глазами. Рана зажила. Стали гонять на работы. И я уже доходил окончательно. От прежней силы и следа не осталось. В Торне в лагере нас было человек восемьсот. Через два месяца осталось четы- Щ реста. Остальные умерли. Они нас попросту морили голодом и изнурительными работами. Организм не выдерживал. А тут случай нам помог. Под Дюнкерком нем- о цы захватили английский десант. Пленных англичан пригнали в Торн. Мы оборудова- ^ ли для них лагерь. Мы, русские военнопленные, — рабочая скотина. Мы должны W были работать и умирать. Каждый день— по нескольку десятков из каждого барака. х И— в яму! В яму! В яму! Кто теперь знает и помнит о тех ямах?.. А пленные англий- § ские солдаты и офицеры тем временем играли в футбол. И у них было хорошее питание. Они получали от Красного Креста продовольственные посылки: мясные и w рыбные консервы, колбасу, печенье, кофе, конфеты, сахар, масло, сигареты. Все у Он них было. Некоторые из наших ребят, когда узнали об этом, сходили с ума от одной и только мысли, что в плену так можно жить. Потому что нас кормили баландой из брюквы. И воняла эта баланда, как моча кролика. Я как-то после войны, году в пяти­ десятом, завел было кроликов. С полгода продержал — нет, не могу! Как, бывало, подойду к клетке— баландой лагерной, брюквой пареной пахнет... Ужасом. Вывел. Клетки сжег. Англичанам немцы варили гороховый суп с мясом. Суп этот англичане не ели. Ни офицеры, ни солдаты. Брезговали. Ну, с посылками от Международного Красно­ го Креста, конечно, можно было и побрезговать немецким варевом. И англичане нам отдавали свой суп. Однако котел с супом надо было еще вынести из английской зоны в нашу. Не все охранники это позволяли. Были в охране и эсэсовцы. В лагерную охрану они попадали из госпиталей. Кто без глаза, кто без руки. На фронт их не брали, а в охране служили. Такие, чуть что, стреляли без предупреждения. Мстили нам, русским, за свои раны и увечья. Немцы хоть и хозяева в лагере, а с куревом и у них плоховато бывало. Сигареты имели англичане. Англичанам мы стирали белье, чинили им обувь, шили для них тапочки. Они с нами расплачивались супом и сигаретами. Мы сигареты — немцам, охранникам. Те пропустят двоих-троих наших на английскую территорию, принесут котел. Вот этот гороховый суп и снял белковые отеки. Многим он спас жизнь. Так что спасибо англичанам! Это и был для нас — второй фронт. Правда, получали мы тот суп не за здорово живешь. Немцы среди охраны разные были. Среди бывших фрон­ товиков попадались просто звери. Бывало, бьет, сволочь, всем, что под руку попадет. До смерти забивали. А другой, смотришь, посылку из дому получит, позовет, что- нибудь съестное даст. Угостит. Скажет: мол, из дому получил гостинцы. Начнет о детях рассказывать, о своей фрау. Добрые люди и среди немцев были. Вытащит, бывало, фотокарточки, покажет: «Майне фамилие». Семья, дескать, моя. Улыбает­ ся. Тоже по дому скучали. Однажды, нас перевели уже в Грудзендз, на Вислу, была облава. Что-то у немцев со склада пропало. Искали. Налетели автоматчики с собаками. Выхватили из колон- 109