Сибирские огни, 2005, № 11

На взмыленной лошади прискакал Михаил Черемисинов, соскользнул на землю и неотступно смотрел на огонь, из глаз его источались слезы. Криком кричала Марфа Сединкина с изуродованным плачем лицом: — Фросенька! Родименькая моя! Как же я тебя не углядела? Доспелось же тебе в огонь идти, старикам поверить! Ох, горе мое лютое! К Михаилу подошел старец Гавриил, сивобородый, бледно-призрачный устав­ щикдвоедан. — Ларьку моего не видали?— в тазах у Михаила плескался испуг.—Дома его не оказалось. — С дедом ушел он в небесную дверь, — сухо ответил старец, — в великой светлости и славе... — О-ох!— застонал Михаил.—Дьявол, видно, его попутал: своего внука, моего сына погубил. — Не порочь покойную головушку. Северьян принял крещение огненное. Как пророк Илия, вознесся в небо в огненном вихре. Внял слову протопопа Аввакума, нашего отца духовного, — старец стал лихорадочно креститься. — Сам-то ты что не вознесся? — прожег его взглядом Михаил. — Меня еще Бог не позвал... И не тебе меня судить, нечестивец! Пламя стало постепенно стихать, объедая черные, зловещие головешки; дохну­ ло запахом горелого человеческого мяса... А Ларька, выйдя во двор после разговора с дедом, увидал... белого ангела, сидя­ щего на ограде. Тьфу! Да это же не ангел, а Гошка Шергин, барневский его дружок. С ног до головы обсыпан мукой, лицо веселое, как у скомороха. — Черемыш, пошли купаться! — Нет, у меня лихоманка. У чудского городища плавал да простыл. — Тогда пошли язей удить! Мы с тятькой с мельницы приехали. Он загулял, а я к тебе... — Все равно нет. Я с дедом иду на огненное крещение, — сказал Ларька тоскли­ во, отрешенно. — Ты что? Белены объелся? — выпучил глаза Гошка. — Что с тобой деется? Бежим отсель! — Не хочу. Гошка спрыгнул с ограды и с силой потянул Ларьку за калитку. От него повеяло застоялым, колдовским запахом мельницы. Побежали к мостику и оглянулись: в белой, длиннущей рубахе выскочил дед, с посохом и лестовкой. — Куда вы, антихристы?! Вот я вас, шаромыжников! — пригрозил он посохом. —Прокляну на веки вечные! По мостику мальчишки перебежали реку и увидели с пригорка, как дед заковы­ лял к избушке, стоящей на отшибе, давно пустовавшей. — Гляди-кось, — удивился Гошка, — туда еще старики тянутся. Ребятишек за собой ведут. А вот и Фроська Сединкина объявилась. Из щелей избушки с натугой повалил зловещий дым. Снаружи какой-то мужик стучал в дверь, но ему не открывали. — Дедушка там... — Ларька с хрустом мял пальцы. — Бежим туда! — встрепенулся Гошка. Михаил подскочил к сыну, не веря глазам, что тот жив. — Старец Гавриил сказал, что ты в избушке, за дедом пошел. — Дедушка звал. Да Гошка меня отговорил. Благодарными глазами взглянул отец на смутившегося Гошку: не такой уж пло­ хой этот смуглый, дерзкоглазый малец. И тут Ларька увидал тяжело бегущую с покоса мать: лицо бледное, обреченно­ сердитое, волосы выбились из-под платка. Заметив сына, она схватилась за сердце, а Ларька испуганным котенком вцепился ей в подол. Шумно дыша, мать выговаривала: — Ой, Ларюшко! Золотая моя головушка! Сердце зашлось, пока добежала, — она погладила светло-желтые вихры сына.—И чего старику поблазнило? Подумала, что и тебя прельстил. Пойдем отсюда, чадушка, рано тебе такую страсть смотреть. Пошли, пошли! Чего глаза растопырил?.. ВАСИЛИЙ СТРАДЫМОВ № ЧЕРЕМИСИН КЛЮЧ