Сибирские огни, 2005, № 11

ВАСИЛИЙ СТРАДЫМОВ ЧЕРЕМИСИН КЛЮЧ Грустно было покидать Екатеринбург, где хоть и уйма работы, но удалось пере­ дохнуть после длинного, утомительного, полного передряг пути. Вспомнилась Эль­ за с ее покорной, горячей податливостью. В душе шевельнулось подобие угрызения совести, оттого что пожелал чужую жену, нарушил библейскую заповедь, но что делать, если Эльза влюбилась в него с первого взгляда и презрела все условности? И разве он, оторванный уже полгода от столицы, не имеет права немного ублажить себя? Последний раз видел Эльзу на балу у начальника управления горных заводов Бехметьева, незабываемо танцевал с ней менуэт. Эх, Эльза, Эльза! Ты bella donna, белладонна16.Дьявол действует через тебя, чтоб совращать мужчин. Звала приехать, не теряя время, в Шадринск, но нельзя же ради нее ломать экспозицию? Дело долж­ но быть во главе угла... С Невьянского завода, принадлежавшего Прокофию Демидову, к Вяземскому, в Екатеринбург, приезжали представители приписных крестьян и передали бумагу, в которой значилось, что его там ждут, «как света», для разбора злоупотреблений при­ казчиков. «Заодно посмотрю дозорную падающую башню, — загадывал Вяземс­ кий, — высотой, говорят, саженей тридцать будет». Да, высоко вознеслись Демидовы. В 1757 году в Москве Прокофий Акинфьевич выстроил великолепный дворец (в Нескучном) и разбил при нем ботанический сад, описанный тогда же академиком Палласом. Но самое главное: умеют Демидовы с размахом работать на Урале, Бог дал им предпринимательскую жилку. Невьянский завод и Нижне-Тагильский, которым владеет Никита Акинфьевич, — крупнейшие в России, они выплавляют чугуна по 400-500 пудов в сутки. Немного меньше (300-400 пудов) дает Кыштымский завод. Домны у Демидовых 13 аршин высоты, они производительнее, чем вШвеции, Франции, Германии — там везде по 9 аршин. За это Демидовы похвалы достойны, только вот с приписными худо обращаются, особенно Никита Никитич, самый лю­ тый из них. Открылось, что масленские и барневские крестьяне незаконно, в обход Сената, были приписаны к Кыштымскому заводу. Но стоит ли теперь ворошить это дело? Можно подорвать Кыштымский завод, который выплавляет самое лучшее, идущее на мушкеты, железо, такого нет даже в Нижнем Тагиле, где умело, по науке, хозяйни­ чает Никита Акинфьевич. Да и Эльза просила «сильно не забижать» заводчика, и не хочется ее разочаровывать. Эх, Эльза, Эльза! Увидеться удастся, видимо, через два месяца, проездом через Шадринск, на пути из Тобольска в Кыштым. Так думал Вяземский. Но кто знает себя до дна? Каждый ли устоит против лукав­ ства дьявола?.. Согласно экспозиции, после посещения Невьянского, Нижне-Тагильского и Алапаевского заводов Вяземский должен был проехать через Ирбит и Тюмень в Тобольск. Там предстояло обсудить дела с новым сибирским губернатором Чиче­ риным. Но неожиданно Вяземский сделал петлю: от Алапаевского завода повернул на­ зад, на юг, к Сысертскому заводу, находящемуся недалеко от Сибирского тракта. Теперь путь в Тобольск лежал через Шадринск. «За этим кроется женщина», — подумал догадливый адъютант Пряткин, улы­ баясь. 2 Во второй половине августа воевода Чаплин получил известие, что со стороны Екатеринбурга движется князь Вяземский с командой драгун. Он впал в прострацию, ощущал дрожь в коленях, шляпу-треуголку напяливал задом-наперед. По его расчетам, Вяземский должен был приехать в конце сентября со стороны Тобольска, и, значит, что-то экстренное, чрезвычайно важное заставило князя поспе­ 34 16 Игра слов: bella donna (итал.) — прелестная женщина, прелестница, и белладонна — красавка, ядовитое растение, используемое в медицине и парфюмерии.