Сибирские огни, 2005, № 11

рю? Нас— читателей, конечно, умиляет идея плача, но текст-то — «что написано пером, не вырубишь топором». И как ни бились переводчики — нет слёз в их глазах. И аз, грешный, не заплакал... переводя его весь август 1974, и январь 1978, и май юбилейно­ го 1985 г. * * * 2 сентября 1985 г. (800-летие «Слоия») Лет 15 назад, еще при начале моей ра­ боты над переложением «Слова», поэт Рос­ тислав Филиппов упрекнул: — Ты понимаешь древнерусский текст? - Д а . — Так зачем переводить с русского на русский? — Но...путь к совершенству никому не запрещён. Может быть, найду выражения более точные, яркие, обогащающие «Сло­ во». — Глупость! — припечатал Филиппов. — Ярче и точнее, чем сотворил древнерус­ ский гений, не может быть. Авторитет поэта Филиппова, выпускни­ ка МГУ, в Чите был высок. Личность весьма образованная и одарённая. Но...мне продолжали сниться то Боян над брегом Днепра, то Игорь на белом коне, то Буй-Тур Всеволод на вороном. Они снова возвращали меня в свою былинную эпоху. Святослава Грозным величали. Он полками Киев ограждал. Крепким словом, длинными мечами Половецкий натиск упреждал. С конным строем, с пешим ополченьем Он на Степь ногою наступил. Потоптал их станы и кочевья, Реки и озёра помутил. Самого ж неверного Кобяка От полков железных, из степей Вырвал вихрем, бросил, как собаку, На колени в гриднице своей. Чтоб огонь войны не полыхал, На колени, вероломный хан! (Комментарий 1998 года) Друзья-москвичи позвонили: «Будь добр, организуй встречу двух японцев на станции Чернышевск. Помоги разгрузить машины с платформы, сопроводи до Читы». Встретил. Разгрузили. Поехали. По до­ роге зашёл разговор через переводчика о своеобразии японской поэзии, графики, жи­ вописи. Я спросил: — Для чего японские художники посто­ янно рисуют гору Фудзияму? Есть, навер­ ное, тысячи и тысячи изображений Фудзия­ мы — в туманное утро, в майский дождь, в сентябрьский вечер, в косых лучах солнца, в прямых лучах солнца и т.д. и т.д. Зачем и кому это надо? Молодой японец хмыкнул, а седой муд­ рец притормозил свой «Мицубиси». Мед­ ленно стал объяснять: — Фудзияма — символ нашего Отече­ ства, нашей нации, нашей любви, филосо­ фии, поэзии и всей культуры. Это вам, евро­ пейцам, кажется, что изображение Фудзия­ мы может сделать любой художник. Нет, нет и нет! По сложившейся художественной тра­ диции право на это имеет только тот творец, который достиг общенационального уров­ ня признания. Нет, речь не об мастерстве. Речь о проникновении в тайны японской национальной жизни, мудрости, мировоззре­ ния. О любви к Японии, оплаченной соб­ ственным опытом личности. О праве сопер­ ничать и продолжать предыдущих художни­ ков, о священном даре найти вечно обнов­ ляющееся в мире вечно существующего. Это — беспощадный экзамен, который по соб­ ственной воле сдаёт художник. .. .Теперь я понимаютаинственную при­ тягательность «Слова» для русских академи­ ков и студентов, поэтов и художников — це­ лой армии изучающих, выдвигающих свои гипотезы, комментирующих, любящих и по­ читающих «Слово». Древнерусский текст — вечно возвышающаяся над нами гора Фуд­ зияма. Постижение необъятного — выси космоса и глубины почвы. Личностная тай­ на и наслаждение открывать эту тайну, честь и гордость отечественной культуры, память и забвение, творческое вдохновение...Пока «Слово» переводится, оно живёт и дышит, оплодотворяет творца великими идеями и замыслами. В тот год, когда в России пере­ станут переводить «Слово», оно уйдёт в не­ проглядную даль истории, как, например, ушло «Сказание о Петре и Февронии» и многие апокрифы раннехристианского вре­ мени. А сейчас, слава Богу, «Слово» — живое, и оно обещает в будущем ещё не одно открытие, как для науки, так и для по­ эзии. * * * Сотни раз уже сказано: каждая строка «Слова» может разворачиваться в целый эпизод или красочную картину происходя­ щего события. Вот побег Игоря из плена: «А Игорь-князь поскочи горностаем к тростию, и белым гоголем на воду, вверже- ся на борз комонь, и скочи с него босым вол­ ком, и потече клугу Донца...Коли Игорь со ­ колом полете, тогда Овлур волком потече, труся собою студёную росу...» 199