Сибирские огни, 2005, № 11

службы, когда уже стал мореманом, смастерил себе флотскую бляху из карабельной обшивки — водолазы ныряли, срезали... На полуострове Меныпиково опять при­ шли «покупатели», и, коль я назвался художником, меня сразу цоп и — в разведотдел седьмого тихоокеанского флота, порт приписки Совгавань. Послали запрос по месту жительства. А какое у меня место жительства — Новосибирск, а дальше туман. Из Новосибирска в штаб пришли документы: парень, мол, хороший, художник, из кре­ стьянской семьи. А меня уже обмундировали по-флотски, и месяца три копировал я самолет JIA-4: шасси, крылья с пулеметными бойницами... Но в штабе стали дальше копать, и докопались до родовы: сын царского офицера. О! И меня тут же шуганули из разведотдела. Служил в бухте Бяуди на эсминце «Вечный», который вечно ломался, вечно ремонтировался. Потом угодил на бронекатер, который на озере Ханка нес сторо­ жевую службу на российско-китайской границе, а уж после Ханки матроса Пакуло­ ва перебросили в Софийск-на-Амуре. Всякое случалось на службе: однажды каша­ лот — дурачился, видно, — поднял шлюпку с матросами, среди которых оказался и Глеб. Моряки глядят испуганно: когда же кончится спина?., а потом мощный хвост показался. Все, слава Богу обошлось, но мог и перевернуть, и разбить шлюпку. А однажды корабль чуть не подорвался... Корабли стояли в порту у стенки, и вдруг наблюдатели высмотрели, что в бухту накатной волной тащит бродячую мину — видимо, из Японского моря принесло. Шлюпку спускать уже поздно, не успеешь, — увидели мину слишком близко, вот-вот врежется в борт и корабль, начиненный боеп­ рипасами, взлетит к небу, вместе с моряками, а рядом и тот, на котором служил Глеб... И тут паренек с соседнего корабля прыгнул за борт и поплыл к мине...А волны накатные, и в каждый накат — мина метров на пять ближе к кораблям... Доплыл моряк, взялся за рога и сломал их. Взорвался парень-герой, но спас моря­ ков... Мощный взрыв прогремел, аж корабли у стенки заходили... Вот так же, случа­ лось, подрывались на минах и киты, кашалоты — побаловаться хотят, поиграть с миной, согнут, сломают рог и взрыв, и... лишь клочья летят. — Стыдно говорить, но для истории надо сказать: вел я себя последние месяцы службы худо — в самоволки ходил к подруге, и меня из старшины второй статьи перед самой гражданкой опустили в матросы. Это было так стыдно: перед всем дивизионом снимают с тебя лычки. И так бывало на флоте... * * * Моряком Глеб Пакуловов уже вовсю сочинял стихи, и в «Тихоокеанской прав­ де» напечатал первые стихотоворения в духе: «Наш торпедный катерок вихреммчится в бой...» А уж на гражданке в Иркутске начались его литературные хождения. Ху- дожничал в музкомедии, где и познакомился с графиком и живописцем Георгием Леви и его женой Таней из окололитературной среды. В их хлебосольный творчес­ кий дом стекалась иркутская богема: молоденькие поэты Анатолий Преловский, Петр Реутский, Марк Сергеев, художники Вычугжанин, Морозов, Тетенькин, Кос- товский, который, кстати, написал прекрасный портрет Леви. Много там перебыва­ ло творческой молоди; читали стихи, рассказы, а бывало, осушив бочонок вина, спорили до хрипоты за искусство и жизнь. Иные уже печатались по газеткам, тут и Глеб Пакулов в «Советской молодежи» напечатал первую стихотворную подборку. О ту пору житейская волна забросила в геологию, и работал вчерашний моряк оператором в Сосновской экспедиции, откуда вместе с парнями и девчатами, кото­ рые уже пахали в «поле», отправили на курсы горного института, изучать магнит­ ную разведку, гамма-разведку. Основные занятия проходили на летной станции, и в первый же год учебы — летом пятьдесят шестого — Глеб стал летать, вначале на самолетах «аннушка», потом на вертолетах, которые по тем временам были как чудо... Партия, где работал геолог Пакулов, относилась к первому главку, который искал уран, и это была богатейшая организация в Советском Союзе — стране нужен был уран для ядерного топлива, для безопасности Союза. Снабжали «урановую» партию щедро, грех жаловаться. С далекой геологической поры свойские, дружеские отношения сохранились у Глеба Пакулова с Владимиром Петровичем Зенченко. Знаменитый был человек: руководитель геолого-разведочных изысканий в Приаргунье, один из открывателей крупнейшего в мире уранового месторождения, лауреат Ленинской премии за раз­ ведку Октябрьского месторождения в Краснокаменском районе Читинской области. С семьдесят девятого по восемьдесят седьмой год работал в Сосновской экспедиции главным инженером производственно-геологического объединения Первого ура­ 147 АНАТОЛИЙ БАЙБОРОДИН ВЕЩЕЕ СЛОВО