Сибирские огни, 2005, № 11

Так что же о Москве В ночной бездонный час? Нет, только не в тоске Я вновь увижу нас: Мы всё ещё поём, Забыв свои года; Мы, кажется, живём, Как будто, навсегда. ПРАВДАЖИЗНИ Ткань порвалась. В стирках многократных Обнажила свою ветхость простыня. Скрыта в снах— тревожных ли, приятных,— Бессознательная поступь бытия. Дёрнусь я, и ты вдруг повернёшься. Эти эволюции смешны. Наяву едва ли разберёшься: Вдруг они хоть чем-нибудь важны? Фазы сна, осадок впечатлений И непроизвольный нервный всплеск. Но и в свете трезвых рассуждений Ярок суеверный интерес. Радужные полосы на призме. Хочешь, как Платоновский герой, Ощутить, ощупать правду жизни— Всю, одну и никакой иной. Разорвалась надвое, по-братски В ходе эволюций простыня. Выглядит порою по-дурацки Правда жизни, милая моя! АЗНАЕШЬЛИ... Я здесь проездом, знаешь ли. Почти что марш-бросок. Не нынешний, не давешний— Я так, я на часок. Глядишь не прямо, в сторону— Да что там говорить! — Мы разорвали поровну Натянутую нить. Улыбка отрешённая— Не радость, не печаль, — Чужая, незнакомая, Мне наливаешь чай. АЛЕКСЕЙ ЧЕРНЕЦ № | О ЧЕМ МОЛЧАТЬ ПОЗВОЛЕНО...