Сибирские огни, 2005, № 11

— и?... О — Это случилось... 5 — Само собой?... и —Что вы... Само собой ничего не случается. Просто однажды, в один из тоскливых W вечеров, ОНА подошла сзади, неслышно ступая, и прижалась щекой к затылку... Ж £ — и?... 2 -—И— всё! — он расслабленно откинулся на спинку стула. — На этом следова- Р ло бы закончить. [—1 О — Это что, счастливый конец, что ли?... «Сначала было херово, но пришла Любовь и всё исправила»?... ^ Он кивнул. g — Лажа, — сказал я. — Стоило огород городить. Е* — Не знаю, не знаю... — он снова принялся обнюхивать сигарету. — А мне Н нравятся счастливые концы. — Где счастливые концы, там и дети и отцы, — недовольно отрезал я. — А еще венцы, гонцы и бубенцы... Давайте дальше, не томите... Я вам еще пива налью. Хотите?... — Хочу, — грустно сказал он. Я посмотрел в окно. Снегопад усилился и кружило, застилая панораму дворов, W суматошное, мохнатое, белое... Липли снежинки к горячему стеклу. Это была осень. О Величественное сошествие осени. Вплывала в сознание блекнущая тишина. Роняло тор- S жественное небо шевелящиеся хлопья. За соседним столиком сдавленно матерились. ® -—Не холодно в пиджачке-то?... — зачем-то спросил я. :Н — Очень теплый свитер... — он распахнул полы, демонстрируя продавленную, Ig] изрядно побитую молью грудь. О И, сразу, без паузы и громко: S — Любовь... Н С соседнего столика оглянулись. — Любовь всегда приходит внезапно. Так принято считать. В этом отношении ЕГО случай был уникальным — ОН уловил момент самого начала. Неожиданная мысль, что ОН может быть нужен кому-то, оглушила. ОН не поверил. Еще цепок был юношеский цинизм — весь мир бардак, все бабы... ну так далее... Никогда не любят просто так... Всегда любят за что-то... «Оля любит Мишу— он мясник с базара»... «Юля любит Гришу— у него гитара»... ОН задумывался, примеривая это на себя... За что его можно было бы полюбить... Получалось: не за что. ОН десятками уминал окурки в пепельнице. Сигаретный дым въедался в потолок. Чего это она? Красивая девчонка, столько парней вокруг, а ОН кто? ОН мысленно ставил обоих рядом. Не получалось, сложенная было картинка рассыпалась и половинки ее, словно нарезки из разных фотографий не подходили друг к другу. Хоть тресни... ОН ожидал подвоха. Что-то темное должно было выйти и помешать. Разлучить и навсегда— встать меж­ ду... ОН сидел у окна, остывал чай, оседая коричневой мутью на дне стакана, забы­ тая сигарета дотлевала в пальцах. Горячий лоб пламенел. ОН понимал уже, что по­ пался. Прикрывал глаза, неторопливо вспоминая — глаза, волосы, походка. Как ЕЕ зовут? К своему ужасу ОН не был уверен, что помнил правильно. ОН оглядывался назад, перематывая киноленту событий, и всюду, всюду обнаруживал ЕЕ. Да что же это... Теперь ОН чувствовал ЕЕ взгляд через два ряда пустых кресел— так, что кожа съеживалась на затылке. Выходит, ОНА всегда была рядом... Выходит... Внутри что- то оттаивало, волна смутной еще, нарождающейся нежности затопляла грудь. Дер­ гался туда-сюда несглатываемый, острый, как птичий клюв, кадык. Наверное, так нельзя... но по-другому ОН не умел. Всё и сразу. Жидкий огонь струился в венах. Жизнь снова обретала смысл. ОН вскакивал и метался по комнате, от окна к двери и обратно. От скрежета половиц ворочались внизу потревоженные соседи. «Надо быть честным, — думал ОН. — Подойти к НЕЙ и сказать... «Кажется, я тебя люблю»... Кажется... Я не уверен, я могу путать с любовью нечто временное и недолгое... ^ 2 6 Влечение, например... Я не могу распознать такие нюансы — что я за человек...