Сибирские огни, 2005, № 7

шую нас от любых угроз любого противника. У России не осталось никаких друзей кроме Белоруссии, которую она тоже предает ежедневно и беззастенчиво. Мы поте­ ряли все, что предки собирали в течение нескольких столетий. Сегодня идет мощнейшее наступление на нашу культуру и еще сохранившиеся остатки духовности. Нас пожирает чуждая нам цивилизация, которую с помощью телевидения и прорвавшихся к власти государственных чиновников из пятой колон­ ны мы впустили в каждый свой дом. Нас разделяет с ней принципиальное расхожде­ ние во взглядах на предназначение человека. Мы считаем, что человек появляется на свет для того, чтобы совершить духовный подвиг. Западная цивилизация считает, что человек создан для того, чтобы получать наслаждения. А единственным инструмен­ том для этого являются деньги. Их обладание должно быть целью жизни. Эта перевернутая система ценностей уже дала в нашей стране сильные корни. Только благодаря ей таких чудовищных размеров достигли коррупция и преступ­ ность, наркомания и проституция, детская беспризорность и сокращение нации на один миллион человек в год. Огромные деньги, которые загребает в свои карманы кучка негодяев, толкают остальной народ в бездну нищеты и бесправия. У него не остается никакой другой альтернативы, кроме медленного вымирания. Россия зани­ мает первое место в мире по числу абортов и самоубийств, от рук преступников у нас ежегодно гибнет людей в десятки раз больше, чем их погибло в локальных войнах. Если отвлечься от всяких идеологических догм, то в принципе для человека нет большой разницы при каком общественном строе ему жить — при батюшке-царе, социализме или демократии. Главное, чтобы ему было хорошо. Какая власть сделает жизнь достойнее и богаче, ту он и будет боготворить. Но то, к чему пришли, пре­ взошло все ожидания. У нас еще никогда не было такой циничной, отделяющей себя от народа власти, как сейчас. Она служит не России и нации, а совершенно чуждым нам интересам. Пятнадцать прошедших лет показали, что Россия никогда не была нужна Западу ни как партнер, ни просто как нормальный сосед. Непрерывные уступки, которые мы делаем, только усугубляют наше положение. Не успеем мы отойти с какой-либо территории, как на ней в тот же миг появляется рогастое мурло похрустывающего в кармане зелеными ассигнациями дяди Сэма и слышится позвякивание подкованно­ го железом тяжелого натовского ботинка. И тут же в спины нам раздается злобный лай местных националистов, которых Россия сотни лет спасала от физического унич­ тожения их ближайшими соседями. Так было в странах Восточной Европы, так было в Прибалтике, Грузии, Казахстане, даже в самой близкой нам по крови и духу братс­ кой Украине. Территория, на которой еще осталась русская жизнь, скукожилась до окровавленного куска нынешней, обглоданной со всех сторон Российской Федера­ ции. Вокруг ее горла уже сомкнулись кольца вскормленной западным миром ана­ конды. Еще один миг и она задушит нас окончательно. Что же нам делать? Во-первых, мне думается, отказаться от иллюзий относительно своего будуще­ го. Уяснить, наконец, что весь двадцатый век был веком борьбы всего западного мира против славянства. Она началась русско-японской войной, продолжилась пер­ вой, затем второй мировой войнами и заканчивается только сейчас. В результате этих войн весь славянский мир, за исключением России и Белоруссии, оказался проглоченным западной цивилизацией и теперь переваривается ею. Процесс пище­ варения обещает быть очень коротким. Во-вторых, понять, что в этой борьбе Россия является последней и никаких прак­ тических шансов на выживание у нее нет. Слишком неравны силы, слишком стреми­ тельна ползучая агрессия, направленная против нас. Никакие заигрывания с Запа- дом в их нынешней форме не помогут, они лишь продлят мучительную агонию. Русский, самый непокорный, по определению Даллеса, народ в мире должен исчез­ нуть, от него может остаться только ничтожная, измененная с помощью мутации до неузнаваемости частица. И то лишь для того, чтобы, развлекая на праздниках сытую публику, петь калинку и танцевать в кокошниках. Славянская цивилизация может остаться в памяти народов лишь в отдельных предметах материальной культуры — так, как это стало с цивилизацией скифов. В виде макета первого искусственного спутника земли, лунохода с фотографией отпе­ чатка гусениц на лунной поверхности, красного знамени, водруженного в мае 1945 года над куполом рейхстага. Предметы материальной культуры могут остаться, а сам народ, подобно скифам,— исчезнуть. Но в голову почему-то сразу приходят слова моего знаменитого земляка Ва­ силия Макаровича Шукшина: «Русский народ за свою историю отобрал, сохра­ нил, возвел в степень уважения такие человеческие качества, которые не подлежат СТАНИСЛАВ ВТОРУШИН ЗОЛОТЫЕ годы