Сибирские огни, 2005, № 1

ВАСИЛИИ ДВОРЦОВ i f c | , РОССИЯ И ЧЕЧНЯ: ЛИЧНОСТЬ И ТЕЙП Изо дня в день, по четыре часа на посту, четыре на отдыхе, в ночь по три через три, — а еще же и окопы, и хозработы, да постираться — и все без единого выходного за шесть месяцев. Перекресток изо дня в день повторяется в событиях и ситуациях до мелочей. Через некоторое время уже узнаешь лица, автомобили, даже прогнозиру­ ешь поведение. Под постепенно набирающем злую силу солнцепеком шестеро бой­ цов, разбившись попарно, осматривают проезжающие КАМАЗы, «Волги», «Газе­ ли», «девятки». Из-за самопального бензина иномарок в Грозном мало, долго не выживают. Пока один проверяет документы, сверяет номера двигателя и заглядывает в багажник, напарник отслеживает ситуацию. Четыре часа полного внимания — в первую же ночь недалеко от блокпоста скинули труп забитого чеченца. Так, неболь­ шая провокация, большая где-то впереди. Слабенький с утра, к полудню поток машин заполняет воздух ревом, выхлопами и пылью. Сфера, бронежилет, разгрузка с двойным БК, да еще не пропускающая влагу «шелестяшка» — шея, спина, живот, подмышки и промежность преют и че­ шутся. Но, полное внимание! Сопровождающий колонну самосвалов с гравием «чех» в виде рукопожатия сует «полтинник»: «Э, командир, не задерживай, спешим»! Зло затыкает деньги обратно в нагрудный карман, и зудит обиженным комаром, пока тщательно досматривается груз. Это тоже маленькая провокация. В городе нет ни одного светофора, на изредка развешанные «кирпичи» и «сто­ пы» никто не обращает внимания. Что уж там, когда не все придерживаются право­ стороннего движения. Джигиты по любому поводу перегазовывают, сигналя, разво­ рачиваются только с тормозным визгом, подрезая и обгоняя справа, смело прыгают по колдобинам и ямам. Почти все новенькие «девяностодевятки» и «десятки» сереб­ ристого металлика, это освобождение от комплекса: когда был жив Кадыров-стар- ший, только его личная охрана ездила на таких «девяностодевятых» без номеров. Почти десять тысяч этих «охранников» внимательно следили, чтобы кто-то не из их тейпа не завел себе такую машину. А когда попадался чужак, его просто выкидывали из экспроприируемого автомобиля, при попытке сопротивления — расстреливали. При всем внешнем хаосе и лихачестве, аварий мало: тут за многое рискуют не деньгами, а жизнью. Разборки страшные — мгновенно вокруг собираются родствен­ ники с обеих сторон, столпотворение, ругань, крики переходят в махание кулаками и клацанье затворов. Хорошо, если все случается возле какого-нибудь русского блок­ поста. Вот так же до нас на «шестерке» едва успел дотянуть рядовой милиции, не уступивший дорогу на автовокзальном повороте «кадыровцам». Четверо заросших до глаз щетиной, в черных футболках и черных беретах, увешанные оружием напо­ добие матросов-анархистов из «Оптимистической трагедии» (и как это они с таким арсеналом размещаются в салоне?), стали, зло косясь на торчащий с нашего бру­ ствера ствол пулемета, горячо объяснять в чем перед ними провинился вооружен­ ный только «калашом» бестолковый мент. Тот, потупившись во вдруг так неладно запузырившемся новеньком сером мундире, что-то ответно бормотал, вставляя в чеченские оправдания русское «прости». Кадыровцы, выставив цену за моральный ущерб, похлопали дверками, с визгом развернулись и умчались по своим президен­ тским делам, а озадаченный рядовой долго не мог справиться с педалями. — Успел. Если бы где в другом месте прижали, то, в лучшем случае, отлупили. — Комвзвода Сергей отпустил приклад РПК. — А ведь все они — «духи», ну, почти все кадыровцы воевали с нашими. На них крови по локти. Но трогать ни-ни — коменда­ тура просто умоляет: «Никаких конфликтов! Терпеть любые провокации». Саша-гаишник через окошечко шепчется с сидящим возле компьютера крими- налистом-подполковником: восемнадцатилетний пацан не просто ехал на «Волге» без доверенности, но и номера на двигателе явно перебитые. Мальчишка ведет себя нагло: «Я брат милиционера! Это его машина, и вы не имеете права меня задержи­ вать»! Подполковник выходит, заглядывает под капот. Возвращается довольный — действительно перебиты, причем очень лениво, небрежно, из-под новых виднеются настоящие. Но когда протокол почти закончен, «брат милиционера» вдруг сует ему ксерокопию с заключением местного эксперта о том, что «номера заводские». Зак­ лючение заверено подписью замначальника Октябрьского РОВД, забито тремя пе­ чатями. Мальчишка довольно хмыкает, наблюдая, как вздуваются желваки на посе­ ревшем от оскорбления худом лице подполковника. Хмыкает и оттого, что к ОКПМ подъехал «дядя», еще на подходе поднимающий над головой корочки помощника главы местной администрации. Почему-то одновременно появляется и вызванный час назад «чех»-гаишник. Дядя и гаишник забирают задержанного и за ближайшим углом торгуются о цене вопроса. 174