Сибирские огни, 2004, № 10

повеселиться. Никто из них, правда, не поступил в театральный вуз, многие, прова­ лившись на экзаменах, бросали студию и уезжали домой, иные, самые стойкие, не теряли надежды, устраивались на работу, осваивали другие профессии, а вечером после работы приходили играть к старику. В их числе оказалась и Томочка. Ей было пятнадцать. Что она знала? Чего хотела? Трудно сказать, но уже тогда ее хищные зубки тянулись к самому лучшему, а лучшим во всей студии был, конечно же, старик — не женатый, опытный, умный и не старый еще мужчина. Все, букваль­ но все приходящие в студию девушки, а порой и юноши влюблялись в его отточен­ ную манеру говорить, в его роскошные жесты, в его талант и театральную вне­ шность. Его любили страстно и самозабвенно и, насколько поняла Томочка, не бе­ зответно. Старик был осторожен и предпочитал девушек из провинции. Родня их была далеко, а сами они жаждали приключений. Ведь именно авантюрный характер заставлял их бросать родные деревни и далекие города и стремиться в Москву— в мир, где все должно быть прекрасно и удивительно, где их таланты будут оценены по достоинству и конечно же самым благоприятным для них образом, где однажды им встретится прекрасный принц-миллионер, который забудет обо всем ради их уникальной особы и посвятит свою жизнь их несравненному дарованию. Конеч­ но, не было и речи о том, чтобы связаться с несовершеннолетней! Но Томочка! Томочка — это был особый случай! Словно бешеный тигр бросилась она в битву за старика, разметала менее хватких соперниц, при этом не обошлось без душераз­ дирающих истерик и таскания за волосы, и, наконец, победила! Окончив школу, она и вовсе перебралась к старику. Ее родители, поначалу пребывавшие в шоке от такого выбора, расценив, что кроме Томочки на их двухкомнатную жилплощадь претенду­ ют еще двое взрослых детей, оставили девочку в покое, а со стариком завели при­ ятельские отношения. Первые годы все складывалось довольно хорошо. Правда, Томочка, как и все студийцы, провалилась на экзаменах в театральное училище, но зато поступила в какой-то библиотечный институт. «Ничего, — успокаивал старик. — У тебя же есть театр! Гораздо, поверь, лучше, чем любой другой! Здесь ты можешь играть то, что хочешь! И никто тебе слова не скажет!» И Томочка успокаивалась, компенсируя нереализованные амбиции хорошим аппетитом. Незаметно для себя самой, могла она смолотить сразу полбуханки Дарницкого и банку баклажанной икры, да еще и запить все это не менее как двумя литрами пива и при этом почувствовать некое успокоение и, может быть, приятную легкую сонливость. Хороший ее аппетит все же нельзя было считать признаком здоровья, так как габариты ее росли и ей это не нравилось, да и старик поглядывал неодобрительно, называя ее то пончиком, то бом­ бочкой, но возражать не смел, зная Томочкин характер и полагаясь на то, что как- нибудь оно само все рассосется. Прошло несколько лет, театр старика заметно опустел, и если ранее зрительный зал заполнялся самими студийцами, то теперь все чаще приходилось играть при пус­ тых креслах. Вдобавок театр выгнали из уютного привокзального клуба и старик с трудом, после долгих скитаний, разыскал в Москве, неподалеку от Садового кольца пустующий подвал. Надеясь, что это временная мера, старик въехал в грязное, сырое помещение, где до этого размещалась обувная мастерская. Ни холодильника, ни теле­ визора, ни туалета, ни даже раковины в нем не было. Это стало началом конца... Один за другим студийцы покидали театр. Томочка начала скучать. Новизна происходящего уж больше не прельщала ее, да и бывшие соперницы, превратившись в молодых женщин, все реже и реже броса­ ли пламенные взоры в сторону старика, отдавая предпочтение молодым крепким мужчинам, которыми стали их бывшие мальчики. Ох уж этот... театр! Свобода... раскрепощенность! А куда прикажете девать разыгравшийся пламень молодых здо­ ровых тел? Вот вопрос! И вулкан проснулся! Волна свадеб, словно разрушительная цунами, прокатилась по студии, а следом за ней, закономерным отливом, волна разводов. После лишь внешнее затишье, на самом же деле студийцы, обжегшись на первом огне, теперь осторожно, но настойчиво искали друг в друге свою половину и не замечали сами, как теряли осторожность, поддаваясь безумному азарту. Заня­ ОЛЕГ СОЛДАТОВ АНСАМБЛЬ