Сибирские огни, 2004, № 10

ОЛЕГ СОЛДАТОВ АНСАМБЛЬ — Д к ... м -м ... ну, так, в общем, бывает, — признался старик. — Пока не пейте. Особенно водку. Не нужно, — он поднялся, открыл неболь­ шой бар и достал пузатую темно-коричневую бутылку с бежевой этикеткой. — Вот мы сейчас с вами выпьем немного настоящего напитка, и больше извольте не пить. Пока не восстановитесь. Если уж будет совсем невтерпеж — выпейте немного конь­ яку. Водку не пейте. В клинике неврозов, куда попал старик, частенько гостили известные писатели и режиссеры, всенародно любимые кинозвезды, художники, скульпторы, прославлен­ ные поэты и прочая знаменитая братия. В основном это были люди профессий твор­ ческих и что называется те, кто на хорошем счету. Неумеренное потребление икры и сопутствующих ей горячительных напитков плюс несоблюдение режима, бессон­ ные ночи, проводимые в шумных пирах и застольях, утренний кофе с неотъемлемой, черт знает какой по счету выкуренной сигаретой и, наконец, сама работа рано или поздно приводили их в уютные тихие палаты клиники, где, попивая настой шиповни­ ка и заедая его манной кашкой, они принимали оздоровительные процедуры и гото­ вились к новым схваткам с неутомимым Бахусом. Кто-то, действительно, был, что называется на грани, кто-то просто отдыхал, сбежав от рутинных дел и наскучившего однообразия. Здесь старик встретил тех, с кем когда-то начинал на Бронной, ныне заслужен­ ных артистов, театральных педагогов, сыгравших массу ролей и строящих не менее грандиозные планы. Встретил оператора, с которым вместе исколесил полстраны. Он также перешел на какую-то службу, о которой предпочитал не распространяться, называя ее просто «контора». «Знаешь, — говорил он, достав из тумбочки бутылку коньяка, что, конечно, возбранялось, но не каралось строго, — кем мы были, старик? Я это только сейчас понял... Мы — телевизионщики — переносчики культуры!» Старик соглашался и пил коньяк. Так проходили дни. Постепенно страшные язвы, покрывавшие тело старика, стали уменьшаться и через пару недель исчезли совсем, оставив едва заметные руб­ чики и неприятные воспоминания. Почувствовав себя вновь бодрым и свежим, старик вышел из клиники, купил бутылку самого наилучшего коньяку и отправился благодарить... Доктор был очень доволен. — Вы, — сказал он, — совершенно напрасно бросили свое занятие театром. Поверьте мне, я кое-что смыслю в этих делах, и могу сказать вам с полной ответ­ ственностью. Зря... Вам необходимо что-то в этом духе... больше движения, песни, танцы, займитесь чем-то живым... Я не призываю вас к спорту, вам это может пока­ заться скучным, но театр — это то что вам несомненно подходит... Смех, положи­ тельные эмоции, молоденькие актриски — не повредят ни в коем разе, а, напротив, пойдут только на пользу. Тепло распрощавшись с доктором, старик, не долго думая, решил действовать. Началось все с театрального кружка при домоуправлении. Но дело не заладилось. Какие-то интриги, косые взгляды, от старика требовали денег, намекали, что студия должна быть платной... Промаявшись с месяц, старик перебрался в ближайшую школу, но и там дело не пошло на лад. И тогда старик устремился к независимости. Не будет никакой пользы здоровью, говорил он сам себе, когда тебя дергают, понукают, грозят и не дают свободно воспарить над повседневной суетой и обыденностью жизни. Старик собирал документы, подавал заявки, писал устав и, наконец, получил бумагу, свидетельствующую о том, что он является руководителем молодежного творческого объединения, имеющего помещение по такому-то адресу, со всеми правами и обязанностями, которые подобному заведению определены. Невозможно представить, сколько сил и времени это стоило. Сколько инстанций и бесконечных коридоров. Зато теперь — полная свобода! Да здравствует театр! Ученики валили валом. В привокзальную студию приходили москвичи и приез­ жие, рабочие и студенты, девушки и юноши, желающие стать артистами или просто 58