Сибирские огни, 2004, № 10

ОЛЕГ СОЛДАТОВ АНСАМБЛЬ Просмотрев все снимки, Варвара быстрым движением спрятала их в стол. — М-да, — произнесла она таким тоном, который у сведущего человека непре­ менно вызвал бы мурашки по телу и желание спрятаться. «Дома, небось, жечь будет, чтоб никто не увидел», — подумал юноша. — Вот, что, дорогой, — сказала Варвара, взглянув на юношу. — Свободен пока... Когда понадобишься, я тебя вызову... Понял? — Слушаюсь, Варвара Семеновна! Разрешите идти? — Иди... На следующий день Варвара Семеновна позвонила старику. — Зайдите ко мне... дельце для вас есть одно... — Да, Варенька, слушаюсь, — ответил старик спросонья. — Чего изволите? — Приедете — скажу... Стишочек написать тут просют. К юбилею... Надо сказать, что старик хоть и не тягался с Пушкиным, но стихи писал, и даже, что оказалось весьма полезно в определенных ситуациях, умел сочинять поздрави­ тельные речи в стихах. И пользу от этого имел самую прямую. Однажды, сидя у Варва­ ры в кабинете, еще до знакомства с юношей, он заметил беспокойство на Варварином лице и поинтересовался, в чем причина такого неожиданного расстройства. — Да, вот, — ответила Варвара, — у человека юбилей, а никто не может по­ здравление написать... А мне начальство сказало: Пиши! А я это... гхы-гхы-гхы... и не знаю чего писать-то... Это ж не документ, не договор... тут творчество надо... А где ж его взять? — Ой, Варенька, не горюйте, — бодро заявил старик. — Мы сейчас его с вами в миг единый напишем! Вот еще! Было б чем огорчаться! И даже в стихах! Стихи — это моя стихия! Ха-ха! Каламбур! Любой человек творческий, ежели он, конечно, творческий, должен уметь писать стихи... — Да, правда? — в глазах Варвары блеснула надежда. — Конечно! Только вот что... Необходимо все про этого человека выведать: сколько ему лет, чем занимается, как жену зовут, детей, хобби его, словом, ну, по возможности, как можно больше информации хотелось бы иметь... — Будет, — резанула ладонью Варвара и выскочила в коридор. Вскоре вместе с подробной информацией о юбиляре старик имел перед собой на столе бутылку джина, кофе и пирожные. И поздравление успешно было написано в течение двух или трех часов, не считая перекуров и обеденного перерыва. С тех пор неоднократно приходилось ему писать оды, поэмы и речи, в которых восхвалялись, в общем, вполне приличные люди: начальники нынешние и будущие, а также начальники их начальников. Старик стал популярен на Варвариной службе, заказы сыпались валом. Благодарность обычно изъявлялась в виде бутылки водки, а то и некоторой денежной суммы, чем старик бывал немало доволен. Вот и на этот раз предстояло нечто подобное. — Чтоб их там всех перекособочило, — думал старик, собираясь в дорогу. — Надо тариф уже устанавливать. Пятьдесят баксов! И баста! Они думают это так легко — для всякой мрази стихи сочинять, да еще поздравительные. Пусть сами попробуют! Узнают, сколько это сил и нервов! Думают бутылкой отделаться, а то и за «спасибо» норовят уже... Ну, так спасибо на хлеб не намажешь, в карман не поло­ жишь! Нет... Нужен тариф, а то совсем на шею сели. Что спасибо, что дурак — одно и тоже... К одиннадцати он был в кабинете Варвары Семеновны. Кроме нее самой за столом сидела дама из соседнего отдела — маленькая, толстенькая, похожая на пив­ ной бочонок, женщина с кудрявой головкой и полным отсутствием шеи. Глаза у нее были бессмысленные и наглые, в зубах торчала сигарета. — А! Наш рифмоплет пришел! — громко рассмеялась она. — Опять стихи писать? Это была та последняя капля, которая способна разрушить плотину. Терпение старика лопнуло и негодование вырвалось на свободу. — Минуточку... — взглянув на обнаглевшую мадам, тихо произнес он. — Это почему вы ко мне так обращаетесь? Это Варваре Семеновне я иногда позволяю 50