Сибирские огни, 2004, № 10

курса в прошлое — кончить проникнове­ нием в будущее». Как, например, в очерке П. Стрижкова «Вулкан, извергающий уголь». Однако, как показывает JI. Якимова в статье о литературной критике журнала «Си­ бирские огни» в 30-е годы, существовала опасность абсолютизации очеркизма как симптом ухода всей литературы в «плоский утилитаризм, требование непосредственно­ го решения производственных задач в самой литературе и вне ее». Так, ведущий критик и редактор журнала в 30-е годы А. Высоцкий ставил Н. Чертову, проработавшую «доволь­ но большой срок на заводе «Труд» рядовым культработником», в пример другим лите­ раторам. «В результате этой работы т. Чер­ това дала очерк, значение которого не огра­ ничивалось чисто художественно-литератур­ ными моментами»: после него на заводе произошла смена руководства. Не курьезом, а реальным фактом тех лет звучат слова од­ ного из авторов литературно-художествен­ ного сборника ударников «Сибкомбайнст- роя» И. Секретарева: «Вчера писал стихи, хоть сроду не писал раньше, что ж, если нуж­ но будет — мы целую книгу напишем» («Си­ бирские огни», 1930, №2). Солидарна же ис­ следователь с другим критиком и автором «Сибирских огней» В. Вихлянцевым в его иронии по поводу «схематизма, схоластики, эклектизма», в истолковании теории «живо­ го человека» — одной из самых дискусси­ онных тем тогдашней журнальной полеми­ ки. «Требование «живачей» или «живистов» найти живинку в каждом, обнаружить «че­ ловеческое — слабость, изъянец в любом человеке» приводило к психологическому релятивизму... амбивалентности» образа: «Смотрите, смотрите! Какой живой! Комму­ нист, а горькую хлещет!» В спорах о творческом методе на стра­ ницах «Сибирских огней» приняли участие также критики П. Запорожский, Н. Кудряв­ цев, Г. Павлов. Конечно, в обсуждении ито­ говой формулы литературы: «Искусство — воздействие», «способ организации психи­ ки читателя» сказались издержки утилитар­ ного, «очерково-производственного» подхо­ да к литературе. Однако JI. Якимова не скло­ няется к перечеркиванию литературно-кри­ тической практики тех лет. Напротив, отме­ чает ее большую роль для становления со­ ветской сибирской литературы: «Трудно пе­ реоценить значение духовной работы, ко­ торая тогда была проведена и силою кото­ рой была вспахана вся толща литературно­ го процесса, было «разобрано» огромное количество художественных произведений, многие их которых стали предметом острых дискуссий». 4. «ЛИТЕРАТУРНЫЕ ГНЕЗДА» ИЛАБИРИНТЫ«САМОСОЗНАНИЯ» Эти же слова можно адресовать и са­ мой Л. Якимовой, которая была ответствен­ ным редактором II тома «Очерков русской литературы Сибири» — подлинной энцик­ лопедии сибирской литературы с 1917 по 1970-е годы. Свою работу редактора она про­ должила, редактируя ежегодные сборники научных и критических статей, в которых принимали участие сибирские литературо­ веды В.Г. Одинокое, Е.А. Куклина, Н.Н. Янов­ ский, С.И. Гимпель, С.П. Рожнова, Б.А. Чмы- хало, С.С. Парамонов, Ф.З. Канунова, Н.Н. Соболевская, Э.А. Бальбуров. Эти сбор­ ники сегодня можно назвать неоценимым материалом по истории сибирской литера­ туры и критики XIX—XX вв., который в пре­ дисловии к сборнику 1984 года «Литература Сибири. История и современность» скром­ но назван «исследовательскими находками» в области истории литературы. Но уже в кни­ ге 1986 года «Развитие литературно-крити­ ческой мысли в Сибири» Л. Якимова рас­ крывает главную цель этой серии публика­ ций: «Создание фундаментального труда по истории литературно-художественной кри­ тики, точно так же, как «Истории Сибири» в пяти томах, «Очерков русской литературы Сибири» в двух томах, должно стать органи­ ческой частью, необходимым звеном цело­ стно-последовательного, системного изуче­ ния духовной и культурной жизни Сибири». Действительно, о слабой изученности исто­ рии сибирской литературы и критики гово­ рит хотя бы тот факт, что «в Сибири XIX - начала XX века выходило около 300 газет и (примерно половина от этого числа) журна­ лов, десятки альманахов и литературных сборников». «Великое множество» печатной продукции выходило и в советской Сибири первых десятилетий. Кроме всем ныне изве­ стных антагонистов «Сибирских огней» и «Настоящего», существовали также «Сибир­ ский рассвет» (Барнаул), «Искусство» (Омск), «Сибирские записки» (Красноярск), «Твор­ чество» (Владивосток — Чита), «Таежные зори» (Иркутск), «Факел творчества» (Чита) и многие другие. Кто и когда будет подни­ мать эту целину? И много ли «обычный чи­ татель» знает, например, о писателе-народ- нике, публицисте, статистике, патриоте Си­ бири Н.М. Астыреве? И помнят ли еще, на­ пример, о советском писателе, иркутянине Вячеславе Шугаеве, на материале творчества которого Л. Якимова вновь, как в 1982 году, обращается к главному вопросу русской литературы Сибири — о сочетании «облас­ тнического» и «общерусского» в сибирской литературе? Вместе с тем воскрешенное ис­ следовательницей понятие «литературные 198