Сибирские огни, 2004, № 10

— Да? — не поверила Варвара. — Это все? Ты учти: если не скажешь, я ничего делать не буду. — Что это за пытка? — взмолился он. — Нет у меня других желаний и быть не может. — Точно? — Точно. — Давай свой телефон. Где тебя искать. Вызывать буду редко, но регулярно. Юноша продиктовал номер. — Я знаю, чего ты хочешь, — Варвара прищурилась. — Плохо, что ты сам мне этого не сказал. — Она закурила. — Ты хочешь иметь свой театр! — Это само собой, — одобрил юноша, — но это не главное. — А что для тебя главное? Юноша уже мечтал прекратить этот ненужный разговор. — Главное? Свобода, творчество, счастье... — Ну, правильно, — подтвердила Варвара, — но для счастья человеку ведь что- то нужно. Я не говорю о вещах, а вообще... — Для счастья нужен только Бог, — поспешил юноша сгоряча. — A-а. Понятно. Что ж, все-таки я думаю, что тебе чего-то надо, но ты мне не сказал. А зря! — Варвара еще раз прочла заявление и положила его в стол. — Завтра принесешь страховое свидетельство, и будешь работать, а сейчас свободен. Юноша попрощался и вышел из кабинета. «Суровая тетя», — подумал он, оказавшись на улице. «Что это ей от меня надо было?» И тут он вспомнил рассуждения старика о том, что в мире что-либо проис­ ходит только лишь после того, как кто-то с кем-то... поспит. «Вот оно что! Неужели старая грымза хотела... Боже мой! Астарик, значит, решил меня к ней... «Мальчика» привел... Ловко! Ой-ой-ой...» Девочки приходили в студию чаще мальчиков. Правда, был один мальчуган лет одиннадцати, звали его Колей. Жил он неподалеку от подвала, приходил несколько раз, но вскоре пропал. Приходили еще две резвые девчушки. Их приводили мамаши. Такие же живые и веселые, как и они сами. Обоим девочкам было лет по двенадцать. Одна была маленькая, черненькая, как зверек, очень подвижная, с умными глазками, широкой улыбкой и белыми зубками. Ее даже звали необычно: Камила. Другая по­ крупнее, выше ростом и вся-вся рыжая. Ресницы, волосы, конопушки, все! Обе они очень хотели играть. Черненькая много фантазировала и иногда очень мило кривлялась словно маленькая обезьянка, при этом удивительно чувствуя меру. Рыжая наоборот, с каменным лицом, стоя неподвижно, могла отколоть такой фор­ тель, что невозможно было удержаться от смеха. Одним словом, попади они в забот­ ливые руки, из них мог бы выйти толк. Когда в студию приходил кто-нибудь новенький, да ко всему и талантливый, старик хищно набрасывался на него, заставляя прыгать и скакать, петь, кривляться и танцевать, доводя до изнеможения и отчаяния. Когда же юный человечек с потух­ шим надолго взором покидал студию, старик важно и гневно объявлял о его непри­ годности и лени. История эта повторялась раз за разом, менялись лишь участники. На это время юноша переставал ходить в студию, давая старику насладиться новыми игрушками. Часто новоявленным студийцам хватало всего лишь одного занятия, чтобы грезы о сцене исчезли у них навсегда, но порой процесс затягивался на неопределенный срок. Чем старше становился старик, тем такие случаи случа­ лись реже... Однажды пришла одна девица, представившись правнучкой знаменитейшей актрисы, имя которой гремело когда-то на весь мир. Девица была нескладная, в джин­ сах и кофте, немного нервная и с нездоровым румянцем на щеках, при этом почему- то не могла спокойно стоять на сцене, а читала из прохода между скамейками и очень тихим придушенным голосом. Начитавшись и нашептавшись, она исчезла навсегда, как и многие до нее. Юноша не ошибся и на этот раз. Придя через месяц, он застал двух девочек на последнем издыхании. Глаза их потухли. Словно тени двигались они по сцене, и было 2 Заказ № 298 ОЛЕГ СОЛДАТОВ Ж АНСАМБЛЬ