Сибирские огни, 2004, № 10

нож и вырезал из рам полотна самых дорогих картин. Взял несколько статуэток, ценности. Короче, собрал небольшой чемоданчик. А потом вышел через черный ход и отправился к знакомому железнодорожному чину домой. Объяснил ему ситу­ ацию. Он помог мне выправить новый паспорт и оформил начальником этого полу­ станка. Новая моя фамилия — Злобин, а прежнюю — вам и знать не надобно. Скажу лишь, что из окна дома, где меня приютил мой железнодорожный начальник, я видел похороны Николая Александровича. Это была тысячная демонстрация. Были там люди и в кепках, и в шляпах. Все социальные слои. Надпись на огромном венке была I такая: «Великому организатору производства Николаю Второву». Чекисты думали \ повернуть процессию на окраинные улицы. Не вышло. Мимо древнего Кремля цен­ тром Москвы двигалась процессия. Я поклонился ей вслед. А с вечерним поездом отправился к месту моей новой службы. И вот теперь имею возможность прини­ мать вас здесь и помогать в вашем благородном деле. И я верю, что здравый смысл нашего народа победит. Зачем же ломать построенное? Лучше строить новое. — Вот и я то же говорю! — вступил в застольную беседу солдат Степан. — До Омска я у Каппеля служил. Генерал — что надо. Владимир Оскарович Каппель, командующий третьей сибирской армией. Он сделал десант из Саратова, высадив­ шись в Казани. Штука в том, что главный красный вождь Ленин после Брестского замиренья должен был выплатить Германии, эту, как ее, контрибацию, что ли? — Контрибуцию, — поправил Петр Константинович. — Вот, ее самую. И часть денег хранили в Нижнем Новгороде, часть — в Казани. Неожиданным ударом — трам-там-даром-даром-даром — взяли мы эту самую Ка­ зань и свезенные большевиками деньги с драгоценностями. Трам-драм! Я сам в том банке был! Но однако остался, как говорится, при своих интересах. Упаси бог сунуть что-нибудь в карман, тут же расстреляли бы за мародерство. Так вот. Была в том банке в мешках мелкая монета. И командующий приказал распороть мешки и рас­ сыпать всю эту мелочь по комнатам и по крыльцу банка. Озорство такое! Поди, пособирай-ка!.. Хорошо отдохнули в доме Петра Константиновича томичи. Вечером радушный хозяин сказал, что дарит им теплую одежду, и велел пойти с носилками за телом бедного Савелия. Их проводил туда дежурный по полустанку еврей Моня Зильбер­ ман. В старой избушке они достали тело Савелия из подполья, возложили на носил­ ки. На перроне стали ждать своего поезда. Но сначала на полустанок прибыл поезд с восточной стороны. Стоял он тут всего десять минут. Из вагона вышел кряжистый мужик с пронзительными голубы­ ми глазами. На нем была черная поддевка, из-под которой выглядывал массивный золотой крест, волосы были зачесаны на прямой пробор. Рядом с мужиком стояла красивая белокурая девица в черном платье и черной меховой душегрее. Мужик впился в Федьку взглядом, так что Федька вздрогнул. — Вон ты где, голубь! Не ждал! Не ждал! — воскликнул мужик. — Вон они, томичи, что делают! Куда ни кинь, все выйдет клин! Ну что, Салов, поедешь со мной в Петроград? Федька мужика не узнавал, зато девицу признал, хотя и не сразу. То была краса­ вица Алена, жившая когда-то возле реки Керепети. Мужик сказал: — Вижу, Федька, не признал ты меня. А ведь это я тебя спас, когда ты с психи сбежал. Так едешь со мной? — Никак не могу, дядя Василий, я тут важное задание выполняю, покойного воина к матушке в Томск доставляю! — отвечал Федька, догадавшись, что видит перед собой колдуна Василия. — Вы облик сменили, стали белокурым и курносым, так я вас сразу не признал. Мужик сказал сурово: — Перво-наперво, на теперешний день я не Василий, а Варсонофий. И мое задание важнее твоего: я в Петроград «Прощаль» везу, которая всю нашу матушку Россию от супостатов спасет. — Что за прощалия такая? — Секрет! И тебе, сивому, все равно не понять. Так вот. Я не случайно стал бляндином, каким должен быть всякий порядочный россиянин. Нынче я агент Со- 115 БОРИС КЛИМЫЧЕВ ПРОЩАЛЬ