Сибирские огни, 2004, № 10

БОРИС КЛИМЫЧЕВ л в ш , ПРОЩАЛЬ — Так ты из Томска? — сказал железнодорожник. — Опиши-ка мне, братец, Второвский пассаж. — Как не знать мне пассаж? — обрадовался Аркадий. — Как не знать, я там дамочкам туфельки примерял, когда на приказчика учился. Второв Николай Алек­ сандрович лично экзаменовал меня в младшие приказчики. Строгий человек, но справедливый. Аркашка описал общежитие учеников приказчиков, рассказал о том, как пар­ нишки смотрели в окна напротив, потому что там иногда появлялись полуголые артистки женского румынского оркестра. Рассказал и о графе Загорском, погубите­ ле прекрасных жительниц Томска. И про огромный градусник Реомюра, и про му­ зыкальный магазин. — Достаточно! Я вижу, что вы именно те, за кого себя выдаете. Идемте в дом, — сказал железнодорожник, — а то вы, видать, озябли. Железнодорожника звали Петром Константиновичем, он был начальником по­ лустанка. И выслушав грустную историю путешественников, заявил, что обязатель­ но им поможет. Еще бы! Он был одним из главных помощников Второва! Живал в Томске, а потом вместе с хозяином отбыл в Москву. Знал он и купчиху Туглакову, мать Савелия. — Гора с горой не сходится, гора с горой! — радовался Аркашка. — Ну, быстренько хлопните по полстаканчика самогону, возьмите по шмату сала. Я дам вам свои старые шубейки, и поедем на дрезине искать бедного Савелия, а то как бы его действительно волки не слопали. Через несколько минут дрезина уже мчала навстречу леденящему ветру. Петр Константинович покрикивал: — Ровнее, ребята! Нажимайте на рычаг сильно, но равномерно. Это английская дрезина, такая далеко не у каждого начальника полустанка имеется. Легкая на ходу, быстрая. Стоп-стоп! Не ваш ли это подопечный? Дрезина затормозила. Возле насыпи лежал на боку Савелий. Одна рука подвер­ нулась под голову, а край задравшейся шинели накрыл лицо. Казалось, и впрямь спит солдат. Савелия осторожно водрузили на дрезину. Заглядывая ему в лицо, Салов сказал: — Смотри-ка, он даже не ушибся! — Да уж теперь-то ему не больно, — подтвердил Аркашка, — не то что нам, и тащить его до Томска — не ближний свет. — Не волнуйтесь, — сказал Петр Константинович, — я вам помогу. Возвратились на полустанок. Начальник приказал рабочим положить тело Са­ велия в холодную каморку. Потом пошел в служебную будку, где стрекотал служеб­ ной телеграфный аппарат. Выяснилось, что поезд с вагоном-холодильником будет только вечером, через шесть часов. — Идемте в дом! — пригласил путешественников Петр Константинович. — Те­ перь уже и пообедать не грех. Дом железнодорожного начальника был украшен дорогими картинами и стату­ этками. — Остатки прежней роскоши! — сказал он, заметив удивленные взгляды гос­ тей. — Вот вы, Аркадий, вспоминали добрым словом вашего учителя Николая Алек­ сандровича Второва. Он ведь не только магазины да гостиницы строил. Он до самого большевистского переворота расширял свое дело. В Подмосковье открыл первый сталелитейный завод. Затем открыл и крупные заводы химических веществ, боепри­ пасов. И что же?.. Москва. Бомбардировка Кремля. Национализация. Граждане боль­ шевики не хотели видеть Второва во главе дела. Он сопротивлялся. Увеличил число акционеров. Часть денег поспешил разместить в зарубежных банках... Однажды ут­ ром я прибыл в контору. И обнаружил его в кабинете, с огнестрельной раной на виске. Неподалеку от Николая Александровича валялся на ковре с револьвером молодой человек. У него была рана на груди. Следователи объявили: покушавшийся застрелил­ ся! Я понял, что кто-то вошел, застрелил Второва и незнакомого мне юношу. Создали видимость покушения. Вернулся домой, а прислуга сообщает: люди в штатском весь день наблюдают за нашим домом. Я все понял. Следующая очередь — моя. Я взял 114