Сибирские огни, 2004, № 10

БОРИС КЛИМЫЧЕВ № ПРОЩАЛЬ — Как бы не так! — завопил Аркашка. — Шинель военные не бросают, когда тепло, они скатку через плечо носят. Служили, знаем! Обмана не допустим, до Кол­ чака дойдем! Коле было жаль Савелия, жаль и мать-барыню. И он не представлял, как теперь смогут эти двое его друзей доставить Савелия в Томск, ведь не ближний свет, и нет денег, чтобы гроб заказать, и нет денег за вагон-холодильник заплатить. Похмельный начальник морга, устав от Аркашкиного крика, приказал санитару выдать в придачу к трупу еще и шинель. С великим трудом надели на мертвого Саве­ лия шинель, перепоясали его ремнем. Взяли под руки, потащили, как пьяного. Они шли незнакомой красивой улицей, когда их остановил полковник. — Ни с места! — гаркнул он. — Стоять, не двигаться! Куда это вы упившегося тянете? Его надо к коменданту, чтобы посадил в холодную. Аркашке стало смешно: ведь они только что вытащили Савелия из такого холо­ да, что лучше не бывает. — Веселишься?— возмутился полковник. — А что это у тебя из-за пазухи выгля­ дывает? — выдернул он из разреза пиджака Аркадия недавно полученный в подарок портрет. — Так-с!Друзья государственного преступника, который печатает в газетах подлые пасквили под названием «Скандалы Колчаку»? Члены шайки Антона Сороки­ на! Надо немедля вас отвести в контрразведку. Сейчас сдам первому же патрулю. Новая папаха офицера сияла, усы топорщились, сапоги скрипели. В голове Николая Зимнего вертелись странные мысли: почему папаха, а не мамаха? Папаха — от слова папаша, наверное, в смысле — командир, отец. — Нас не надо сдавать патрулю! — воскликнул Коля. — Мы приехали из Томска по просьбе несчастной матери убитого в бою юнкера. Мы должны доставить ей тело павшего в бою сына. Нас обокрали. Коля вкратце обрисовал офицеру положение, в которое попала троица. И пояс­ нил наличие у них портрета друга сиамского короля: — Портреты Сорокин сегодня раздавал возле сквера всем желающим. Мы не знали, что этот человек вне закона. Там была афиша, что он король поэтов. А мы ведь не здешние. Полковник внимательно осмотрел всех троих. Потом отрывисто и решительно скомандовал: — Эти двое доставят тело убиенного матери. А ты должен мстить за безвремен­ но ушедшего юного товарища. На лыжах ходишь? Грамотен? Включаю тебя в созда­ ваемую мною летучую разведгруппу. Твой отец кто? — Был офицером, — смущенно сказал Коля и подумал: вот, теперь полковник начнет допытываться про звание отца, и куда он делся. А сказать-то Коле нечего. Но тот сказал, как отрубил: — Значит, погиб? Тебе продолжать его дело! Россия в опасности! После перво­ го же боя, если ты не трус, представлю в подпоручики. Продолжишь дело отца. Глаза полковника сияли от бессонницы и выпитого в большом количестве коньяка. — Как же мы-то вдвоем останемся? — затянул Федька Салов. — Тяжело ведь таскать тело будет! — На поезд бего-ом марш! — скомандовал полковник, расстегивая кобуру. — За невыполнение приказа расстрел на месте! «Папаха-мамаха!» — крутилось у Коли в голове. — Господин полковник, — сказал Коля, — я-то хотел ехать в Екатеринбург, по­ ступать в юнкерское училище. — Училище, училище! — раздраженно воскликнул офицер. — Его эвакуирова­ ли оттуда к чертовой матери! Ты нужен мне! В бою быстрее научишься. Без всяких телячьих нежностей. И быстрее в чины пойдешь... Аркашка и Федька удалялись со страшной ношей к вокзалу мелкой рысью. — Пропали, пропали! — хрипел на ходу хромоногий Федька. — Сгинем в чу­ жом краю, либо в армию к Колчаку загребут, как Колю. Я хоть без ноги, все равно забрить могут, ездовым при лошади. И в Томск показываться нельзя. Ведь эта бары­ ня непростая. Приедем без ее сына, сгноит в тюрьме. 110