Сибирская горница, 2001, № 2

годы его царствования, переселено в Сибирь на счет казны девятьсот тридцать семей с Кав­ каза. Из них 439 семей поселены за Байкалом, 326 семей заняли места у устья реки Тубы, впа­ дающей в Енисей в Минусинском округе, а ос­ тальные 165 семей поселены вТомской губер­ нии. До окончания Отечественной войны не­ сколько польских пленных размещены были по квартирам в Западной Сибири, и особенно в Томской губернии. Но по окончании воен­ ных действий они выведены были из Сибири восвояси: главным основанием при этом при­ нято было ассигновать особые суммы, снаб­ дить каждого из пленных теплой одеждой, обеспечить вполне их продовольствием во время нахождения на месте и на пути на роди­ ну и нанять для отвоза их надлежащее количе­ ство подвод. Число пленных простиралось до 2500 человек Некоторые, сравнительно с про­ чей массой, однакож немногие, сами не захо­ тели воспользоваться предложенными им благодеяниями, остались в Сибири и вошли потом в состав станичных казаков. (Рассказы об этом нам не раз случалось слышать вСиби­ ри. В Тюмени нам присовокупили, что в 1813 году город этот был сборным пунктом для всех уроженцев западных губерний и что здесь оделяли их всем нужным для пути, теп­ лой одеждой, хлебными запасами иденьгами.) В 1822 году издано было новое учрежде­ ние о Сибири. Ряд указов, которыми ознаме­ новано было это время, положил предел раз­ личию, которое до тех пор существовало меж­ ду этим краем и другими областями нашего отечества: все нужды были предусмотрены, всякий произвол сильного по возможности устранен строгими законами, внушавшими полное убеждение, что с этих пор понятие об угнетениях, о пристрастии, о вымогательствах останется только в памяти народа. Теперь Си­ бирь мало чем отличается от других провин­ ций, более или менее отделенных от столиц. Самовольные перебеги кончились и тайные выходцы принимают характер так называе­ мых «бродяг», не способных уже ни в военную службу, ни в арестантские роты. Обнародованный в 1822 году указ дозво­ лил безразлично всем казенным крестьянам переселяться в Сибирь на тех же основаниях, на каких переселение это дозволено и в вели­ короссийских губерниях. Переселения подоб­ ного рода продолжаются и доселе; последнее переселение в значительном количестве ка­ зенных крестьян было года три тому назад, когда с Высочайшего разрешения отправлено туда на подводах и с пособиями от казны не­ сколько сот семейств (а сколько именно — не­ известно) вследствие обнаружившихся в не­ которых краях болезни тифуса. Мы с ними встретились в Сибири в 1846 году. С этого же времени, т.е. с 1846 года, начи­ нается в Сибири особенный разряд жителей, не бродяг и не ссыльных преступников, лиша­ емых всех прав состояния, но и не доброволь­ ных переселенцев — это разряд ссылаемых по Уложению на житье, вследствие произведен­ ного над ними суда, независимо от того разря­ да низшего класса, который до сих пор ссы­ лался по особенным распоряжениям прави­ тельства, по приговорам мирских обществ и по воле помещиков. Но если, с одной стороны, Сибирь, при­ веденная в своих административных нача­ лах под один и тот же уровень с прочими русскими провинциями, потеряла значение края особенно привольного, зато с другой стороны простой народ и не дичится уже ее: он охотно идет туда на заработки, но не ина­ че, как с законным паспортом за пазухой; и если Сибирь и страшна еще ему — как кара за преступление, то здесь страшна ему не соб­ ственно Сибирь, а страшно бесчестье и мысль о вечной разлуке со всем, что дорого сердцу на родине: кажется, в нашем крестья­ нине нельзя отнять сознания собственного достоинства и нравственного чувства.