Горница, 1996, № 2

Ж А В О Р О Н О К ка-ак поддала опять ногой — он и взлетел высо­ ко-высоко, да очутился в вороньем гнезде. Хозяйка гнезда была ворона стреляная То- есть, в неё несколько раз стреляли да не попали. Поэтому она была теперь осторожная и осмот­ рительная Осмотрела она Туесок сверху, сни­ зу, с боков, да и закаркала на всю округу. — Бррратцы! Бррратцы! Ко мне! Все соседские вороны слетелись, расселись на деревьях и подняли такой крик, что ничего нельзя было разобрать. Одна кричит: «Стрррашно!* Другая кричит: «Гррраната!» Третья кричит: «Кррруглая!* Четвёртая кричит: «Брррось!* Пятая кричит: «Удирррай!» Наша, стреляная , крутила головой во все стороны, слушала соседей и прозевала, как её один маленький воронёнок забр ал ся в Туе ­ сок, удобно там у с троился и заснул креп ­ ким сном Осмотрительная ворона-мама поднатужилась и со страху выбросила Туесок из гнезда. И упал он туда же, откуда взлетел на дерево, — во двор, где жила охотничья глупая невеста. — Вот-те на! — воскликнула она .— Опять Туесок! Ну-ка, заглянем: главное — содержа ­ ние! . А воронёнок проснулся, да как выпорхнет из Туеска: фрррр! От неожиданности невеста навз­ ничь опрокинулась. Вот и лежат они на земле: Туесок — справа, невеста — слева. А тут как раз и молодой охотник во двор заходит. — Что случилось? — спрашивает. — Убери ты куда-нибудь эту бересту! — тре­ бует невеста .— Никакого содержания! Один воронёнок, да и тот упорхнул... — Да ведь Туесок сам по себе очень краси­ вый.. — Нужна мне твоя берестяная красота, как же! Уходи на все четыре стороны со своим Туес­ ком! Поднял охотник Туесок с земли. Постоял не­ много, задрав голову кверху, послушал: что это вороньё так раскричалось? А я никогда такой не буду, как ваша глупая невеста... Одна кричит: «Дуррра!* Другая кричит: «Кррруглая!» Третья кричит: «Брррось!» Четвёр­ тая кричит: «Удирррай!» Пошёл охотник к себе домой. По пути очис­ тил Туесочек, вымыл, вытер досуха. А дома налил в него воды и поставил туда весенние «кукуш­ кины слёзки*. — Красиво-то как! — легко вздохнул охотник и тут же забыл про свою хорошенькую невесту. Потом добавил неизвестно почему: — А содержание может быть разное... Туесок стоял себе на подоконнике и гордил­ ся своей внешностью — красотой гордился. Понятно?