Сибирский Парнас, № 4, 2019

101 Выпуск 4 (13) сел, пытаясь сообразить, что же произошло в его жилище. Денег, данных ему сыном, не было! Насколько бы он ни был забывчив, но про то, что сунул пачку в шкаф, помнил. Помнил даже разговор перед этим. Но и всё. Ни Кольки, ни Прони, после этого не было. Он вышел во двор, сел на любимый диван и, вытянув ноги, закрыл глаза. «Может, повспоминать? Вдруг ночью, когда вставал, пере- прятал? Но нет, помню же, что вставал, помню даже, что снилось. Вот беда, и подумать даже не на кого, все свои, разве можно?» Он почувствовал, как заныло в затылке и, пытаясь отвлечься, чутко задремал… * * * Дед направлялся к Проне, обдумав всё. Целый час он ломал себе голову в раздумье, зачем парню столько денег. А потом вспомнил: он же болеет. И сын говорил, что у него (Николая) какая-то хитрая болезнь, которую надо перетерпеть! И хотя почему так, Иван не понимал, но, что деньги постоялец взял на лечение, вдруг его успокоило. «Спросить постеснялся, наверное, думал, не дам. Вот дурында. Хотя, конечно, все бы не отдал, но тысяч восемьдесят, пожалуй, смог бы…» Он убедил себя: вылечившись, Колька деньги вернёт – это же долг! Но теперь нужно было что-то решить с оградой на могилу и, возможно, крест установить новый: побольше и покраси- вее… «А прежний, то есть этот, что стоит, себе оставлю. Не шибкий барин, под простым полежу!» Успокоенный этими благостными мыслями, он топал к Проне. Проня со стороны огорода выкашивал из-под забора траву. Увидев Ивана, радостно заулыбался: