Сибирский Парнас, № 2, 2019

41 Выпуск 2 (11) «Стамбул гяуры нынче славят...», «Подражание корану», «От меня вечор Лейла...» и др. Своего рода сенсацией стал специальный выпуск журнала «Иллюстрированная Россия», издаваемого в Париже, за 1937 год. Выпуск был приурочен к 100-летней годовщине со дня смерти А.С. Пушкина. На странице 85 редакция поместила запись Пушкиным еврейского алфавита, сопроводив его сле- дующим текстом: «...Нередко брался он (Пушкин) за изучение совершенно чуждых образованному европейцу того времени языков, например, арабского или еврейского». Возможно, что это утверждение основано на сообщении П.В. Киреевского, близко знавшего Пушкина. В письме от 12 октября 1832 года он писал одному из своих друзей: «Пушкин был недели две в Москве и третьего дня уехал. Он учится по-еврейски, с намерением переводить Иова». Основываясь на этом факте, можно предположить, что Пушкину было известно происхождение его «талисмана» – перстня, подаренного ему графиней Е. К. Воронцовой, с над- писью на древнееврейском языке: «Симха, сын почтенного рабби Иосифа, да будет благословенна его память». Даже если в бывшем Союзе и стало известно о парижской публикации 1937 года, никто не осмелился тогда комменти- ровать сообщение из эмигрантского журнала. Спустя 20 лет, в 1956 году, был обнаружен новый автограф Пушкина, также имеющий отношение к восточной теме. Речь идет о бумагах русского египтолога И. А. Гульянова, члена Российской Академии наук, найденных в архиве Историче- ского музея в Москве. Об этой находке писала Р.Е. Теребенина во «Временнике пушкинской комиссии» за 1965 год. На листе белой плотной бумаги, с золотым обрезом по верхнему и правому краю, карандашом, почти контурно, набросан рисунок египетской