Сибирский Парнас, № 2, 2019

30 СИБИРСКИЙ ПАРНАС Преследуя свой идеал, Хромой Тургенев им внимал И, плети рабства ненавидя, Предвидел в сей толпе дворян Освободителей крестьян. «Зелёная лампа» – чуть-чуть приоткрывает тайнопись жизни Поэта этого периода. Была ли она масонской ложей? Видимо – да. В таком случае Пушкин познакомился с учением масонов ещё до вступления в Кишинёвское общество. Вспоминаем дальше... Пушкин в Михайловском после разгрома восстания. Напряжённо вслушивается в звон каж- дого приближающегося колокольчика – ожидает жандармов, обыска, возможно и ареста. Сжигает крамольную Х главу «Онегина», дневники последних лет. Значит, для этого были основания. На допросах декабристов Царь пытается узнать о причастности Пушкина к их движению. Неужели причина сей царской «дотошности» только в прошлых «грехах» Поэта? В числе которых и его написанная в 1821 году в Кишинёве «Гав- риилиада» – «прекрасная шалость» по словам Вяземского, задевшая, однако, личную честь Николая I. И почему вместе с агентом Бошняком в июле 1826 года в Псковскую губернию прибыл фельдъегерь Блинков? Имея на руках открытый лист за подписью военного министра Татищева, в который – в случае ареста – он должен был вписать имя Пушкина. По- чему уже «прощённый» Пушкин до самой смерти оставался под надзором полиции и должен был просить у Бенкендорфа разрешение на каждую отлучку из столицы? А унесённая в могилу обоими поэтами, Пушкиным и Рылеевым, тайна их взаимоотношений накануне восстания? Вопросы, вопросы... Множество вопросов. Даже неполные ответы на них убеж- дают: было, бесспорно было, и участие молодого Пушкина в тайных сходкахЮжного общества декабристов. И его сопри-