Сибирский Парнас, № 2, 2018

22 СИБИРСКИЙ ПАРНАС её муж и боится в таком виде возвращаться! В 1947 году она всё-таки отправилась на его поиски, искала по всем близле- жащим городам и станциям и нашла. Это, действительно, был её муж. Он отказывался ехать с ней, боялся быть обузой в семье, но мать всё-таки уговорила его и привезла домой. Как оказалось, во время освобождения Польши, танк был подбит и горел, товарищи вытащили его, спасли жизнь, но обе ноги были перебиты. Дома отец сапожничал. Он у нас был человеком необыч- ным. Сам он сирота, воспитывался в детской колонии, как у Макаренко, но был очень толковым. Любил читать книжки и обладал очень хорошей врождённой памятью. Вообще, у них с матерью было за совместную жизнь рождено тринадцать детей, но выжили только восемь. Хочется рассказать, как наш Батя воспитывал нас и тренировал память. Одно время, ежедневно давал нам задание выучить наизусть страницу текста, стихи там или прозу – не важно. На следующий день посадит нас рядком и спрашивает по очереди, если кто плохо выучил или сбивается, отправлял назад, за последним, до- учивать. Ещё заставлял эти тексты записывать, обязательно аккуратным каллиграфическим почерком. Так у нас раз- вивалась память и прилежание. Учились все хорошо, никто не знал даже, что такое четвёрка. Я запоминал всё быстро, многое удерживал в памяти и в школе меня называли «Хо- дячая энциклопедия». У нас в семье, в итоге, все получили высшее образование. Это качество семейное передалось и по наследству. Вот сейчас наш с Екатериной сын Женя в тридцать четыре года – доктор наук и заместитель директора Института математики в Академгородке, в Новосибирске. Он ещё в школе занимал первые места на всех математических конкурсах и олимпиадах. А вот как ещё нас воспитывал Батя. Как-то он собрал нас, всех детей вместе, и дал такое напутствие на всю жизнь.