Предания, легенды и мифы саха (якутов) - 1995г.

спустился, приняв внушитеаьн ы й вид, оборотившись порозом, про- шеа всю дорогу К тебе; саавно обо всем я упомянуа, все грозные саова я произнес, степенно я прошествоваа, смягчись, подобно меху отборного соболя; сделайся нежной, как печень налима*, осмелься в ы ронить то, что схватила; попробуй вернуть то, что захватила. Редко ведь я тебя умоляю, просьбы моей тебе ведь приходится ждать подолгу. Матушка моя, светлая, как солнце, не заставляй меня обманывать людей, не принуждай впустую скакать по росе, бесцельно ходить по снегу, черпать горстями песок, зря мутить воду*, не деаай так, будто бы я пришеа по ошибке. Не заставаяй меня стыдиться перед якутами, не деаай так, чтоб ы аюди солнеч- ного мира издевааись надо ллной, не деаай посмешищем тех, кто поднимается рано; не заставаяй судачить обо мне тех, кто поздно аожится". 13 "Нет, — сказала старуха, — у меня одно слово: чистая правда, что я не брала; истинно, я ничего не знаю; поди б ы стрее прочь, шаман, являющийся братом духам айыы. Я перебью твою тонкую, как волосяная нить, аорту трехконечной, четырехгранной пикой! Не показывайся перед моими двумя очами, пусть не слышат тебя оба моих уха, не заклинай над моим теменем, не кланяйся низко перед моей шейной ямкой, уйди прочь немедленно!" — сказала старуха. 14 Шаман вскочил на ноги, впр ы гнул вовнутрь балагана и потре­ бовал: "Ты не уважила мою просьбу, ты не поддалась на мои уговор ы , ты не прислушалась к моим словам, ты пренебрегла моими заве т н ы ми речами Если так, то дашь — возьму, не дашь — тоже возьму; я тебе исполосую спину, заставлю тебя саму умолять о пощаде; разожгу огонь в твоем очаге*, переверну твое светлое солнце; свалю на тебя твои же в ы сокие матиц ы ; если даже з асунула в воду, то все равно заставлю в ы тащить; если даже спустила в свой желудок, подобный каменной гл ы бе , заставлю отр ы гнуть Отдай безо всякого, верни без всякого промедления!*". 15 Это произнеся, тут же накрутил на свои руки жесткие, как кустарник, железные волос ы старухи, наклонил ее и начал сильно сечь треххвостой нагайкой из железного прута. А старухино тело, оказ ы вается, все же чувствовало боль, она учинила отчаянный вопль и крик. Но все же п ы талась отпереться, мол, мы не брали, ты нас оклеветал, нам, безгрешным, приписал грех, нас, невинн ы х, обвинил, остановись, не секи меня. Шаман не то чтоб остановиться, а сек ее еще сильнее. 16 "Ну, постой, в ы слушай! Может, вон та девушка знает, спроси у нее", — сказала старуха.