Лукашук-Ромм В., Зинаида Диденко. Кн. 1.-2020

84 Глава 2. Годы учёбы рых в семье и не было. Никогда не прикрикнула, не винила меня... – Не плачь, дорогая... Я сказала глупость. Где же лучше будет моему сыну, как не у тебя. Конечно, я оставлю его у Вас. Спасибо тебе мама и извини меня за всё. – Ну всё! Что это я так раскисла, – Зинаида Львовна вытерла глаза ла- донью, – За что мне винить тебя? Учить тебя Господь приказал. Это его условие за счастье иметь здоровых детей! – Мама, ты начала ходить в церковь? – Нет. Некогда мне доченька, ты сама знаешь. Бог не в церкви, он в душе каждого! Он мне дал после горя с сыном, двух дочек – тебя моя зо- лотая, рыженькая девочка и Наденьку, у которой золотое сердце. Я мо- люсь в душе. Ой, извини! – остановилась мать, – Ты и Надя комсомолки. Не пришло ещё вам время поверить. Я тоже была комсомолка, но когда бабушка Матрёна понесла тебя тайком в церковь крестить, я мысленно уже шла с ней, а Надя... – Что с Надей? – Думаешь я не слышу, какой у нее голос! Я много думала... В тебя Го- сподь, кроме голоса заложил ещё что-то. Может это упрямство, целеу- стремлённость, а может просто судьба... – А Надя? – Наде Господь другую судьбу загадал. В конце июля приехал Эдик. Он летел через Киев. Как всякая еврейская семья родственники выражали восторг от по- явления внука. Мама Лена рвалась ехать с Эдиком, но тот её остановил. Договорились, что она приедет в Славянск зимой. Сейчас же мама дала деньги, чтобы сын следил за питанием жены, чтобы та кормила грудью внука. Молодая бабушка Лена обежала все магазины Крещатика и Бесса- рабки, накупила целый чемодан детских вещей. В чемодане оказались замечательные вещи. Там были крошечные ша- почки, трусики, колготки, распашонки. Было несколько комплектов, что- бы можно было менять по мере роста. Были и несколько пар туфель, боти- ночек и прочее, и прочее. В Славянске, да и в любом другом городе СССР таких вещей не купишь. Киев всегда отличался прекрасным снабжением. К тому же баба Лена везде имела «блат». Теперь маленький Марик был обеспечен минимум на год. Эдик влюбленными глазами глядел на жену. В жене появилось что- то новое, незнакомое. Она утратила детскую угловатость, стала плотнее, пышнее. Эдик даже несколько ревновал жену к сыну, которому она отда-