Лукашук-Ромм В., Зинаида Диденко. Кн. 1.-2020

55 Амалия из «Разбойников». ще. Тогда оно называлось «музыкальные классы Ростовского отделения Императорского Русского музыкального общества". В разные годы гостя- ми музыкального училища были такие мастера композиторского и ис- полнительского искусства, как Л. Ауэр, А. Аренский, С. Рахманинов, Э. Петри, Й. Сигети, А. Хачатурян, Р. Глиэр. Педагоги единодушно отмечают: студентка Зинаида Диденко прилеж- на, в журнале против ее фамилии стоят неизменные пятерки. Вот толь- ко робость преодолеть до конца так пока и не удается. Ольге Семеновне приходится прибегать к хитрости. Поставив Зину спиной к двери, она дает ей распеться, и, увлеченная упражнениями, Зина не замечает, что дверь полуоткрыта. Ольга Семеновна работает, заставляя Зину показать все свои возмож- ности еще и еще раз: «Свободнее, увереннее»,— а у двери слушают заин- тересованные педагоги. Затем, уже в своей педагогической деятельности Зинаида Захаровна будет не один раз применять этот приём. Амалия из «Разбойников». На втором курсе на уроках сценического мастерства готовили отрыв- ки из «Разбойников» Шиллера. Зина старалась вникнуть во все детали, вспомнить всю литературу. Благо, для этого не надо было идти в библио- теку – все романы и пьесы этой поры закрепились в памяти девушки по- сле домашних громких читок. В конце года работа завершилась постановкой спектакля. Всё шло как обычно на таких ученических спектаклях. В зале студенты переговари- вались, смеялись, шумели. Но вот началась последняя сцена спектакля. Появилась Амалия, и зал замер. В героине Шиллера невозможно было узнать робкую студентку Диденко. Эта сцена необычайно трудна для любой, даже очень опытной актрисы. Амалия узнаёт в разбойнике свое- го возлюбленного, многие годы считавшегося погибшим. В начале сцены Амалия уговаривает разбойника признаться и поверить в её вечную лю- бовь. Оказывается, что любимый не может стать клятвопреступником и вер- нуться к ней. Амалия дальше не хочет жить просит убить её. Страдаю- щая, плачущая Амалия, тем не менее, оставалась и величавой и гордой. Зрители удивлялись, откуда в их сокурснице этот уверенный жест, вы- сокий пафос декламации? Откуда такое умение держаться? – Я прошу лишь смерти! Оставлена, оставлена! Пойми весь ужас этого слова! Оставлена! Мне не пережить! – девушка протянула руки к возлю-