Память-птица

Ноги прострелены, кровь течет. И ...Барбашов в полный рост встает. Встал, как щитом заслоняя собой Горы Осетии за спиной. Что он увидел в этот миг? Может, туманный заснеженный пик Вздыбленных к небу Кавказских гор, Может, далекий сибирский простор, Реку Тартас и Большой Сюган, Там, где когда-то босой мальчуган Детство провел. У родного крыльца Ждущих сыночка мать и отца. Встал Барбашов и рывком вперед Падает грудью на пулемет, Собой закрывая страшный оскал Зверя, дышащего смертью со скал. В Сибири выпал снег, Шумят метели. Сковало льдовым панцирем Тартас. А в осетинском городке Гизели Совсем еще тепло, и в облаках Кавказ. Плывут они, порою, совсем низко, И каждое, казалось, норовит, Задеть собой вершину обелиска, Что у дороги на скале стоит. Земля, цветы, и все вокруг сырое, Как слезы, тихий дождичек прошел. На обелиске средь имен Горит звезда Героя, 46