Неведомая Сибирь

А было это так. В годы столыпинской реформы скота разрешали держать много, люди сдавали молоко на молоко­ приемный пункт. Затем молоко отвозили на маслозавод в Меньшиково. По окончанию месяца приемщик молока привозил за молоко деньги и раздавал сдатчикам. И, вот однажды, мужчина из очень бедной семьи решил украсть эти деньги, нужда заставила его сделать это. Он залез в дом и хотел тихонько украсть. Неожиданно его встретил хозяин, мужик в гневе зарезал его и вырезал всю его семью. Наутро, когда соседи обнаружили страшное побоище, сразу поняли, кто это сделал. Не дожидаясь милиции, совершили самосуд. Живьём закопали мужчину и его жену, оставив сиротами детей. Старшие пошли жить к родственникам, а маленького мальчишку никто не взял. Вот тогда Павел Емельянович забрал его к себе. Так пяти летний Петька Ткачев стал членом их семьи. Теперь он подрос и, конечно, помогал по хозяйству. Пока не было дома Емельяна, вступили его сыновья в колхоз, угнали туда всю скотину. Приняли их с распрос­ тертыми объятьями. Как же столько скотины пригнали. Хоть и кричат на каждом углу про равноправие, а, небось, одинокую бабку Матрёну с ребятишками, да без скота не сразу приняли, всё искали причину. Лето работали на общем покосе, строили дворы. Всё теперь у них общее. Получить готовый скот просто, а вот как с ним управляться будут эти люди, не привыкшие работать, не имеющие никогда ничего своего. Всем давно известно, недорого то, что получено даром. Наступала зима, уже чаще и чаще подмерзала по ночам земля, шел снег. От Павла не было никаких вестей. 39