Неведомая Сибирь

того положения в селе, которым они пользовались, уже не будет. Там их будут считать простыми холопами, так что другого выбора у них просто нет. На одни сани погрузили разный хозяйственный ин­ вентарь. Купили керосина, лампы со стеклами, железную кровать. На другой подводе, на перине и подушках, заку­ тав детей, в тулупах и валенках расположились сами. Стар­ шие следом гонят скот. Выехали рано утром, еще до света. Дорога неблизкая. И хоть морозы послабели, в поле ветер, метет поземка, а ближе к обеду запорошил снег. Куда едут и, что будет дальше! Страшно Акулине Ивановне, шепчет тихонько молитвы, просит Господа Бога пожалеть её детей! Наконец, ближе к вечеру, впереди, показались постройки. Неужели приехали? Емельян повернул к крайнему дому: — Ну, вот и приехали — это наш дом». Из дома им навстречу выбежал Петр. Прижался на ми ­ нуту к матери, и отправился помогать отцу, управляться с лошадьми и поклажей. Акулина, собрав младших детей, поднялась на высо­ кое крыльцо. Что-то ждет её здесь? Как сложится её судьба и судьба детей? Емельян опередил их. Отворил перед ними дверь дома: — Милости прошу в дом! Заходите, грейтесь, сейчас будем ужинать. В доме две большие комнаты, в углу большущая глино­ битная печь. От печки до стены в горницу — вместитель­ ные полати. Три окна под ними широкая, прибитая к стене лавка. Сбитый из досок стол. Небогато. На столе аппетитная коврига хлеба и две глубокие плошки. 30