Почувствуй сердцем Родину свою. 2013

Родители познакомились на Летнике. Весёлый и остроумный гар ­ монист Саша Котовщиков приглянулся Эмилии, русоволосой, с длинной косой, голубоглазой красавице. {Если посмотреть в Володины глаза -увидишь тот же оттенок.) Поженились они в 1949 году. Жили на Летнике. Как и все работницы совхоза, мама трудилась на разных ра ­ ботах: где больше нужна была, туда и посылали. Родились четверо детей: три брата и сестрёнка. Александр Иванович Котовщиков стал секретарём, а потом пред ­ седателем Дубровинского сельсовета. Старое село было намного боль ­ ше нынешнего. Длина деревни была почти полтора километра. Народ по-разному жил. Был, например, в старом Дубровино богатый хозяин Куницкий, от него остались два здания: в жилом доме до сих пор рабо ­ тает школа, в другом располагалось Сливкоотделение. К бедноте он относился с пониманием. Старики рассказывали, что если приболеет корова у бедняка, он говорил: «Веди в моё стадо, а себе возьми какую хошь!» После революции он никуда не уехал, не прятался, но был арес ­ тован и, скорее всего, расстрелян. Указ об образовании совхоза №257 вышел в 1932 году. Жилось здесь народу легче, чем в колхозе. Живые деньги, хоть и небольшие. Столо ­ вая. Совхозный огород на Летнике. Вот и прозвал народ Центральную усадьбу совхоза пышно и с намёком - Рай жизни. Даже на карту зем ­ леустройства Дубровинского совхоза занесли это название. Но в нача ­ ле 50-х появилось новое - любят у нас переименовывать! Из старого Дубровина перенесли в Центр сельсовет, совхоз из номерного стал Дубровинским, а село - Октябрьским. До сих пор эти переименования вносят путаницу. Летник назвали Мирным, но прежнее название для народа привычнее и известнее. Наша семья росла. Малых ребят нянчила бабушка Розалия, а я про ­ падал у деда Ивана и бабушки Тани. Они очень любили меня, не нака ­ зывали. Только один раз дед взял меня за ухо и прочитал нотацию. На стене висело дедово ружьё («ижевка двуствольная, бескурковая»), я снял его и стал целиться в сестрёнку Раечку Притчину. Вот тогда жё ­ сткие пальцы деда сжали моё ухо. «Запомни, внучек, - сказал дед, — никогда не целься в человека!» Обидно не было - я понял, что совер ­ шил что-то плохое. Умирая, дед завещал мне ружьё и лодку. Стрелял я чаще уток, а зимой - зайцев. На Летник ездил на рыбалку. И часто с признанием и благодарностью вспоминал и вспоминаю деда, Ивана Матвеевича Котовщикова, - великого труженика, любившего жизнь и учившего меня (не словами, но своим примером) жить честно, в труде, помнить о справедливости и о других людях. 326