Почувствуй сердцем Родину свою. 2013

благо, что ничего не получилось, а то могли бы наделать беды... Да ­ лее стояла изба, где жили сосланные немцы - Пётр, Андрей и Катя Ремпель. Пётр и Андрей работали в колхозе, Катя, окончив вуз, стала программистом. За Ремпелями - торговый ларёк, в моё время там работала тётя Люба Харламова, позже на этом месте построил избу Фёдор (Фека) Неупокоев. А дальше клуб, построенный в 1949 или 1950 году. Во время стройки мы, пацаны и девчонки, играли там в «Моло ­ дую гвардию». Помню, что Валей Борц была Валя Шадрина, дочь Ильи Петровича. Мы лазили по брёвнам и недостроенным стенам, стреляли в «фашистов»... А когда в клубе показывали кино, ухитрялись прони ­ кать в зал тайком, денег на билеты не было, и прятались мы под ска ­ мьями. Если киномеханик чуял лазутчиков, он прекращал показ и ло ­ вил безбилетников». Слева жили Гавриловы, Иван Андреяныч (дядя Ваня) и Клавдия. У них шестеро детей. Лида Спорова припомнила один разговор, поразив ­ ший её детское воображение. Тётя Кланя рассказывала Лидиной маме: «Вот, Марусенька, не поверишь, мне суседко (домовой) косу плетёт, а коса чуть не до пола, расчесать не могу, расчёску не воткнёшь». - Клавдия сняла платок с головы и распустила волосы. Большая часть волос были до лопаток, а одна прядь, что с макушки спускалась, на ­ много длиннее, типа косички, но не заплетённой, а запутанной-перепу- танной. Клава говорила: «Остригать-то боюсь, так и хожу - под платок прячу». За Споровыми - изба Кузнецовых. Дядя Петя (Пётр Ефимович), попав в плен, был узником Бухенвальда, вернулся без ноги. Тётя Даша жалела его. Был он очень трудолюбив, не пил спиртного, никогда не сидел без дела. Своими руками поставил дом, построил баню. Были у него красивые, удобные колодки, он катал валенки. Их дочь Мария была учителем в школе. Ну, а справа, за Бертенами, жила та самая Клавдия Маслова, что «уступила» за бутылку Костю Горбатого, а потом об этом пожалела. За её избой когда-то возвышалась церковь. Евгений Виноградов нашёл в архивах доказательство, что «она была построена в 1861 году и на ­ зывалась Введенская». После пожара здесь построили клуб, любимый и за фильмы, и за танцы, и вообще за то, что можно было собраться, почувствовать себя частью общей жизни, на других посмотреть, себя показать. Если бы вы могли перелистать подшивку газеты «Ленинская трибуна», что выходила в Татарске в 1964 году, то нашли бы в номере от 12 июня статью корреспондента И. Петрова с таким заголовком - 300