Почувствуй сердцем Родину свою. 2013

году родился я. Жили неплохо, но началась война, Андрея призвали в армию, а его жена с детьми (Александром и Виктором) вернулась в МТС. С братьями я подружился, бегал с ними на МТС, стоял около токарного станка, смотрел зачарованно, как завивается металличес ­ кая стружка, как готовят чурочки для тракторов. Запомнилось, как не ­ сколько женщин вручную заводили трактор ХТЗ: одна крутила рукоят ­ ку, а две другие с обеих сторон верёвками помогали ей крутить. Руко ­ ятка резко дёрнулась в обратную сторону и ударила трактористку по голове - она тут же и умерла. Хотя у отца, как отличного механизатора, была броня, в 1942 году он ушёл добровольцем на войну. Несколько раз был ранен и вновь воз ­ вращался на фронт, но последнее ранение и контузия оказались очень тяжёлыми. Это случилось в самом конце войны - 26 апреля, а на роди ­ ну он прибыл только в 1947 — после лечения в госпиталях. Два ордена Великой Отечественной войны, орден Красной Звезды, медали «За оборону Москвы», «За освобождение Варшавы», «За взятие Берлина» украшали его грудь. Воевали и братья отца, кроме Александра. Егор погиб при обороне Москвы. Братья мамы тоже участники войны. Ни ­ колай ушёл добровольцем, погиб под Брянском. Андрей встретил вой ­ ну на востоке, воевал до окончания боевых действий с Японией. Вот сколько защитников Отчизны дала наша семья. По возвращении из госпиталя отец работал в МТС, но потом пере ­ ехал в Угуй, так как в Силише была только начальная школа. Купил маленькую хатку около магазина. Здесь родилась Люда. Отец трудил ­ ся в Угуйском сельпо завхозом, мама - подсобной рабочей. Вместе с Прасковьей Шадриной она пилила и колола дрова для картофелесушилки и пекарни, носила туда на коромысле воду из озера, развозила хлеб в Угуй, Черниговку, Юрт-Угуй, МТС. Мы с братом помогали ей как мог ­ ли. Я на себе испытал, что такое «плакунчики»: помороженные руки покрываются струпьями, начинают нестерпимо (до слёз) ныть, и одно спасение - растирать их снегом. А разве легко вручную пилить тол ­ стые брёвна? Своей маме помогал и Гена Шадрин. Бывало, намаемся - ни рук, ни ног не чуем, пацаны ведь ещё были. Какие силенки в те голодные годы? Чуть позже стало легче: на одноосную телегу поста ­ вили бочку для воды, но ведь бочку надо было сначала наполнить! Развлекаться, играть деревенским детям практически было неког ­ да. Но когда находили время, играли в лапту, в городки, в «чижика» — эту игру хорошо описал Виктор Астафьев (действительно, жестокая игра). Когда озеро замерзало, делали карусель. Забивали в грунт через лёд столб высотой примерно в метр, в столб вбивали металлический 16