Петерс В. Мои заветные места. 2012

и только им ведомо по каким дорогам воздушного океана возвращаются они к местам зимовья, но в наших местах до следующей весны, турухтаны уже больше не появляются. ...На озерах среди зимнего льда прорезались уже первые плеса. И здесь теперь необыкновенно шумно, и даже идут далеко небезобидные «разборки» между щеголями- селезнями. Красавцы кряквы, юркие чирки, видов которых, как и их расцветок, великое множество, подарила нам на радость щедрая природа: шилохвости, свиязи, чернети, гоголи, соксуны-широконоски и тому подобные — все они, кажется, в эти дурманящие апрельские дни, а чаще всего на ранней утренней или вечерней малиновой заре, смешались в разноцветную кучу-малу и неистово отстаивают извечное право быть первыми, быть избранными. И стоит тогда над озером неистовый гомон, шум крыльев, и наблюдать за такой картиной огромное удовольствие. Весенние зори — будь то утренняя, или вечерняя, — особенно незабываемы и ни с чем несравнимы.Раннимутром они пахнут морозцем, инеем и — надеждой на что-то светлое, лучшее. Это, наверное, потому, что впереди прекрасное лето, и пробуждение вместе с ранней утренней зарей дает заряд силы, бодрости и уверенности. Вечерняя весенняя заря тоже прекрасна по-своему уже потому что знаешь: снова настанет ласковое утро пробуждения, расцвета всего живого. Да, апрель — весна света, птичьих песен. Говорливых ручейков, разливов и... надежд на долгожданные встречи с сибирской природой, с интересными людьми. Пусть все это вносит в нашу скоротечную жизнь радость, ощущение причастности ко всему светлому, необъятному и ведет к добрым помыслам и поступкам. 159