Петерс В. Мои заветные места. 2012
беседы, — говорит Леонид Егорович Холкин. - Молодежь должна знать и помнить о том времени. — Леонид Егорович! Помнишь наш разговор на 60-летие со дня начала войны? — Помню. — Расскажи теперь, пожалуйста, поподробнее о том дне. Мой собеседник на какой-то миг задумался. Казалось, он погрузился через десятилетия в тот жаркий июньский день 1941 года и быстро-быстро перелистывал страницы памяти. Да, так оно и было. Но вот он вскинул свои брови, и вспоми ная, стал рассказывать: — Копновозом я тогда был. Мы, сельская пацанва, вместе со взрослыми, безвыездно жили на таборах, заготавливали сено для колхозных коров, телят, овец. Сенокос уже был в ту пору в разгаре. С утра метчики — крепкие здоровые мужи ки: Александр Агеев и Моисей Тюрин, до обеда сметывали по два стога сена. Женщины подкапнивали очередную коп ну и мой воронок тащил ее к стогу. Потом короткий обед и опять метка сена до позднего вечера. И так каждый день. Крепкие мужики-метчики, а было несколько таких групп, с шутками, казалось, без устали делали эту работу. А вечера ми у костров еще долго слышались разговоры, звучали песни. В тот день метали сено у Силанова колка. Мы с Василием Яконюком подвозили к стогу копны, и он рос на глазах. К кон цу шло дело, стог завершивали, когда к нам подъехал бригадир колхоза «Память Ильича» Дмитрий Семенович Иванов. Чело век не очень то многословный, он взял вилы и стал кидать сено наверх. А когда завершили стог, уложив последний пласт, ска зал, что началась война. Александр Агеев и Моисей Тюрин за ложили коня в ходок — и в деревню. Последний раз они были в тот июньский день в родных полях. Их одними из первых призвали в армию, и они больше никогда не вернулись в род ное село; геройски сражаясь, погибли на той проклятой войне. 129
RkJQdWJsaXNoZXIy MTY3OTQ2