Козина О. На перекрёстке двух миров, 2021

~ 215 ~ ~На перекрёстке двух миров ~ – Сашка, шельмец, нашёл, – проговорил раздосадованный дед Игнат. – Сашка, – подтвердила бабушка. Подбежавший в этот момент Сашка попал как раз под горя- чую руку деда: – Ну, шельма, сдал деда, щас я тебя попотчую ремешком, чтоб чужого не брал. Ты же с дедом должен быть за одно, а ты бабке помогаешь. У, шельма, я тебя… – дед размахивал руками, сотрясая воздух и нагоняя страха на маленького внука. Сашка поспешил ретироваться за ограду. А дед, уже обмяк- ший, испустивший свой грозный запал, сидел на траве, качая головой: – Что, думаете, всё? Вы только сражение выиграли, а не войну. А я ещё повоюю, повоюю, вы ещё увидите солдат- скую смекалку, – дед Игнат устало покачал головой. – Иди уж в дом, вояка, – смеясь, говорила бабушка. Все оставшиеся дни лета дед Игнат старался прятать свой самогон в разных местах, а Сашка неизменно находил его и приносил бабушке. Это превратилось у них в настоящую игру: один прячет, а другой ищет. Иногда дед покрикивал на внука: «У, шельмец, опять бабушке снёс. Не твоё, не бери». И продол- жал прятать свой «живительный напиток». * * * Прошло много лет, внук Сашка вырос. Было время, когда и он не брезговал живительной водицей деда. Но, распробовав, пить не стал, а вот слова деда запомнил: «Я её, Саша, не люблю, но пью. Если бы не она тогда, на войне, замёрз бы я в окопе-то, а так она сил дала своих дождаться и не замёрзнуть. Под Мо- сквой это было, в 41 году. Сидели в окопах. Холод страшный, ветер задувает, не то что ноги, а всё нутро до костей промер- зает. А с позиций уйти нельзя, немец вот-вот появится, нужно наготове быть. А чтоб живой дух не испустить, самогоном этим и спасались… Фляжка небольшая у соседа была, вот мы её-то