104 ДЕТИ ВОЙНЫО ВРЕМЕНИИО СЕБЕ в «пирамидки», а зимой молотили. Одна разрубает завязку, подает другой, та передает третьей, которая забрасывает сноп в барабан… Трудная работа! Зимой женщины трепали стебли льна, пряли из них нитки, ткали на пряслах полосы материи, а мы весной носили на речку отбеливать эту ткань до белизны бумаги. Из нее потом шили рубахи, полотенца, наволочки, скатерти, украшали их вышивкой. С 14 лет я стала штатной колхозницей по «профессии доярка». И это на всю мою трудовую жизнь. 15–17 лет – это уже юность, пора любви и всяких юношеских забав, приключений, ошибок, разочарований. Наряды я себе шила всегда сама, иногда с помощью модистки. В каждой деревне тогда было не по одной модистке. Я была модница, высокая, на мне все платья сидели хорошо. Это привлекало взгляды. Бывало, какой парень ни приедет в деревню, он уже мой. Вот, например, Николай: пришел из армии и сразу влюбился. Но их же, парней, много, а я одна. Вот даже фамилии его не помню, а фотография в альбоме сохранилась… Жизнь в деревне тогда кипела, молодежи было много. В праздники – игрища разные, танцы. Ну и работа, конечно, на первом месте. Бывало летом так, что после танцев и игр на поляне мы, доярки, шли не домой, а в Дом животноводов и там на нарах спали часа 2–3 до дойки. Это чтоб не проспать дома: доить-то начинали часов в 5–6 утра… В Киевку я приехала к родне и осталась на всю жизнь. Хозяйство, работа, дети – все шло своим чередом. Я все умела делать, все успевала. Нет такой работы, которую я бы не сумела сделать и дома, и на производстве. Да что говорить, если все вспоминать, то книгу о каждой из нас, детей войны, можно написать. Ветеран труда я, мать, бабушка, прабабушка. Все дети-внуки грамотные, умные, по 2–3 образования имеют. Мне во всем помогают: заготовки, ремонт – это они. Ну и я, конечно, от своей хорошей пенсии на гостинцы-подарки не скуплюсь. Так и живем, дружно, ладом…
RkJQdWJsaXNoZXIy MTY3OTQ2