Этих дней не смолкнет Слава 2015

ны - второго сентября 1941 года. Он был из семьи русских немцев, переселившихся в Россию еще во времена Екатерины II. Когда началась война, над его семьей возникла угроза репрессии, так как фамилия у них была немецкая. Через знакомых в органах городского управления стало известно, что их готовят к выселению, но этого можно было избежать, если жена отречётся от мужа и возь­ мёт свою фамилию (моя прапрабабушка была русской, урожденной Колесниковой Капитолиной Григорьевной; и в семье мужа ей доста­ валось за то, что она была русская, а от русских за то, что немка), но она отказалась, т. к. даже сама мысль об этом казалась ей предатель­ ством: она очень любила своего мужа. Желая спасти Людмилу и ее детей, родственники стали переубеждать её, чтобы она сделала это, утверждая, что Григорий все поймет, и, когда закончится война, она снова сможет взять его фамилию. В конце концов она согласилась. Вернувшись обратно в городское управление вместе с сестрой, они встретили женщину, которая гото­ ва была в этом ей помочь, но та, пройдя мимо, сказала лишь одно слово: «Поздно». Дедушка ушел на фронт 2 сентября 1941 года, а уже 9 сентября его семью (не только жену и детей, но и мать, сестер с детьми, всех, у кого была немецкая фамилия) выслали в неизвест­ ном направлении. В Ростове остались бабушкины русские родствен­ ники и сестра отца, которая носила уже фамилию мужа. Хотя бабушка была еще очень мала, но помнит тот день, как к ним в дом пришли двое военных, принесли предписание явиться на вокзал в назначенное время, как они кричали, были грубы, а, уходя, один из них нагнулся к ее маме и сказал, все же желая успокоить: «Вы-то, мол, может, и спасетесь, а мы-то здесь все поляжем». Ф а ­ шисты были уже рядом с городом, взрывы и канонада были слышны постоянно, небо без конца озарялось вспышками. Самое главное, что солдат оказался прав. Я думаю, как бы это ни было страшно и уни­ зительно, что благодаря этому они и спаслись: в дом, в котором они жили в Ростове, попала бомба. Таким образом, они оказались на Алтае, в деревне Шипуново. Ехали в телятниках (вагоны для скота) очень долго. И опять везение: ни разу не попали под бомбежку. Бабушка вспоминает, что, как толь­ ко начинали бомбить, поезд отводили на какие-то запасные пути, где долго стояли. Могли стоять долго в одном месте и по другим причи­ нам. На Алтай приехали ночью, и было очень-очень холодно, видимо, уже был ноябрь или декабрь. Бабушка рассказывала мне, как прошло на Алтае её детство, как, рискуя, они собирали колоски после уборки урожая, как зимой дырки в валенках затыкали соломой; как собирали травы, ягоды и грибы; как сначала жили в полуразвалившемся доме с земляным полом и