Этих дней не смолкнет Слава 2010

рести их можно было в обмен на вещи. У нас же не было ни вещей, ни денег. Зарплата у мамы была маленькая, и нам пособие платили небольшое. Начиная с 1941 года, мама пыталась узнать что-то об отце. Посылала запросы. Зимой 1943 года от сослуживца отца, комиссара Варакина, маме пришло письмо». Это письмо до сих пор хранится у бабушки. Вот строки этого письма: «...Я с Дмитрием был вместе в одном штабе. 16 июля 1941 года в восьми километрах от Молодечно в лесу нас окружили немецкие танки. До ночи мы вели неравный бой, а ночью решили прорываться. Немцы, видимо, знали, что здесь крупный штаб, и крепко держали нас в кольце. Все же с наступле­ нием темноты мы пошли в атаку. Козлов шёл рядом со мной, но в этой ата­ ке я потерял его, мы оторвались друг от друга. Ночь была тёмная. С группой бойцов я проскочил через немецкий заслон и, обходя населенные пункты, мы двинулись на Минск. Не доходя до Минска, сделали привал в роще. Стало светать, а кругом были немцы. День отсиделись в кустах, и в сумерках, про­ должив путь, я повстречал группу командиров из четырёх человек. Среди них был твой муж. Я был очень рад. Предупредил его, чтобы он от меня больше не отрывался, договорились с ним, чтобы, в случае ранения одного, не остав­ лять друг друга, а если убьют, то сообщить семье. И так мы шли до полуночи вместе. Около часа ночи проходили одно поле под Дзержинском Минской области, торопились в лес, который виднелся на горизонте. Мы с Дмитрием шли впереди, а за нами шло около 70 человек. Когда мы подошли к лесу, уже брезжил рассвет. Не дойдя до опушки леса метров 70, вдруг услышали ха­ рактерный звук закрывающегося люка танка. Мы встали. Стало совершенно ясно, что мы подошли к танкам, а чьи танки, было неясно. Я остановил всех, приказал сесть, и в этот момент по нам резанули из пуле­ мётов со всех сторон. Стало светло, как днём, потому что немцы стреляли трасси­ рующими пулями. В лесу, видимо, стояла какая-то часть, и мы нарвались на неё. Видно было, что все пули пролетают далеко над головами, но люди стали раз­ бегаться в разные стороны. Я подал команду: «Ложись!» и приказал отползать назад. Команду услышать все не могли. Грохот перекричать я не мог. В то вре­ мя я потерял фуражку и начал искать её в траве. Помню, что какой-то капитан схватил меня и потащил по земле волоком в овраг, который был рядом. В этом овраге я насчитал человек 30 из всей группы. Послал трёх лейтенантов на поле собрать людей и выяснить, кто убит. Человек десять они собрали идоложили, что убиты шестеро. Майора Козлова ни с нами, ни на поле не было...». Моя бабушка с мамой, сестрой и братом летом 1944 года переехали в Камень-на-Оби. Все годы войны было трудно всему населению с одеждой, с обувью, с продуктами. Дети росли, вырастали из старой одежды, а приобре­ сти что-то подходящее было негде и не на что. Из воспоминаний бабушки Иванютенко Розы Дмитриевны: «Нам зимой бабушка шила бурки стёганные, на вате, а летом мы, как все дети, ходили босиком. Мама научилась прясть шерсть, вязала нам тёплые варежки. А в