Тернистый путь солдата

в одной стороне, а зенитки стреляют в другую. Поэтому немцы ничего не боялись и чувствовали себя хозяевами неба. Немецкие самолеты летали над нами беспрерывно целыми дня­ ми, особенно надоедали их разведчики-корректировщики «Фокке- Вульфы», у нас их называли попросту «Рама», потому что их фюзеляж был похож на какую-то раму. По утрам, как только они появлялись в небе, начинался обстрел. Когда я попал на фронт, заметил одну лю­ бопытную закономерность - у немцев был очень странный для войны распорядок дня. До девяти утра они не воевали, а с девяти начинались обстрелы, бомбежки, вылазки автоматчиков. До двенадцати они были очень активны, временами не давали голову поднять, а с двенадцати до часу - обеденный перерыв, они обедали, а потом воевали до де­ вяти вечера, с девяти вечера начинался ночной отдых. Мы подстраи­ вались к их распорядку и старались в это время успеть позавтракать и поужинать. Нам казалось это неплохой идеей. Мы все время готовились к отражению немецкого наступления, го­ товились все те, от кого зависел успех нашей обороны. У меня и моих друзей-радистов рация всегда была готова к работе, тщательно замас­ кирована и укрыта в глубоком окопе. Ранним утром седьмого августа, еще по-настоящему не рассвело, командир полка, а он был страшный матершинник, закричал в труб­ ку: «Что дремлете, немец пошел в наступление!». Немец действи­ тельно наступал, пошел без артподготовки и бомбежки самолетами, что бывает у них крайне редко. Обычно они шли в наступление после усиленной артиллерийской подготовки и жестоких налетов бомбар­ дировщиков. На этот раз со стороны немцев на наши позиции была направлена психическая атака немецкой пехоты. А было это так. На рассвете (мы со своего наблюдательного пункта смотрели в бинокли и стерео-трубу, да и простым глазом было хорошо видно) со станции Верхне-Чирской выдвинулись темные квадратные колонны пехоты и направились к нашим позициям. Их было так много, что ровное место между нашими позициями и станцией все было занято (покрыто) этими колоннами. Мы сразу ничего не поняли. Сначала, пока колонны двигались к нашим позициям, немецкая артиллерия и мино­ меты не стреляли. На нашем наблюдательном пункте раздался тревож­ ный звонок, командир артполка майор Николаев дал команду открыть всем орудиям полка заградительный огонь (так называемый НЗО - не­ подвижный заградительный огонь). И сразу же дал исходные данные для стрельбы (прицел, уровень, угол по угломеру). Мы, радисты, быстро