Тернистый путь солдата

ручки от реализации продукции еще надо платить подоходный налог и страховые платежи. Колхоз все время работал убыточно, т.е. затраты на производство превышали поступления средств от реализации. Да и что можно говорить о какой-то рентабельности, если за литр молока базисной жидкости 4% платили 15 копеек, а за литр обрата для вы­ пойки телят получали по 25 копеек. Очень низкие цены были на мясо, шерсть и зерно, сдаваемое в государственные поставки. А за все, что сдавалось в счет натуроплаты, не платили совсем. Таким образом, все убытки копились из года в год, даже в форме годового отчета, не знаю как раньше, но за 1948 год не предусмотрена. Производство продукции за 1948 год увеличилось в среднем на 15%, увеличилось количество скота на колхозных фермах, хотя по ны­ нешним временам это мизер. Но и это для маленького колхоза уже достижение. Но план воспроизводства скота остался не выполнен. Значит, по моему мнению, в руководящих сельхозорганах знали, что прибыли никогда не будет. Была одна, довольно хитрая статья, с которой я не сразу разобрался. В ней показывалась сумма производс­ твенных расходов, не перекрытая доходами: а) текущего года; б) про­ шлых лет. В эту статью списывались все убытки и она увеличивалась с каждым годом. Колхозные бухгалтеры списывали все, что не покры­ валось доходами. Странно было то, что сумма этой статьи с каждым годом увеличивалась и была списана только после объединения наших колхозов в один большой, т.е. при составлении годового отчета объ­ единенного колхоза за 1951 год. Как его списали и чем его перекрыли, я уже не помню. Помню, что на этой статье набрались по тогдашним производствам продукции, да еще по тем ценам на продукцию, при­ личные суммы в сравнении с выручкой от реализации продукции. Зимовка в колхозе прошла нормально. Главное, что кормов было заготовлено на зиму достаточное количество. Вывозка кормов с поля производилась с трудом, на это не хватало лошадей и быков, а также некому было возить сено и солому, а к тому времени, когда разрушит­ ся зимняя дорога, надо все корма с поля вывезти. Я работал в конторе колхоза, работы было не так много, после ра­ боты был занят на разных тяжелых работах, и в колхозе работал не семь часов, а полный световой день, т.е. от восхода до захода солнца, да еще в тридцатиградусный мороз. На своей конторской работе я приводил все бумаги в порядок, так как бывший до меня бухгалтер Кайгородцев Алексей ушел в армию, бросил все бумаги в кучу, поэтому их надо было подшить. Я долго привыкал к физическим работам.Теперь понемногу