Тернистый путь солдата

кормить колхозную скотину, да еще много было всевозможных неот­ ложных работ. Но что было хорошо - в занесенных избах было тепло. Зима была очень снежная. има была в самом зените, когда появилась новая пробле- ЧМ ма. Начался новый 1947 год. А с его началом пришли и новые проблемы: все хозяйства колхозников были обложены для большинства непомерными налогами, как натуральными, так и де­ нежными. Каждый колхозный двор, имеющий корову, должен был сдать государству 300 литров молока при жирности 4%, такой жирности молока коровы практически не давали. Средний процент жирности молока у коров домашнего подворья были примерно 3,8%, такое же молоко было и у колхозных коров. Следовательно, до базисной жир­ ности надо было сдать не 300 литров, а примерно 330-350 литров, у кого как получалось, не у всех одинаково. На имеющуюся на начало года овцу надо было сдать государству 1,5 овчины. Каждый колхоз­ ный двор, имеющий скот, должен сдать государству 53 килограмма мяса в живом виде, да еще требовалось сдать 100 яиц. Так что колхоз­ нику со своего подворья мало чего оставалось. Причем государство за сданную продукцию платило мизерные деньги, например, за 1 литр молока базисной жирности платили 50 копеек. Тогда как стоимость обрата (после сепарации молока) колхоз­ никам возвращали какой-нибудь процент и за 1 литр обрата с кол­ хозника по 25 копеек, обрат был необходим для выпойки телят. Да и сами его употребляли для приготовления пищи, кипятили и ели. Молоко, которое оставалось после выполнения плана по сдаче, сдавали государству, но уже в госзакуп, его принимали дороже, чем в сдачу плана. Вырученные деньги были крайне необходимы для покупки одежды и обуви. Все, что было возможно продать из ско­ тины, везли на базар в Каргат и продавали на рынке. Деньги полно­ стью уходили в уплату налогов. Налоги были в то время для колхозни­ ка практически неподъемными. Для сравнения, если продать корову по тем же ценам, которые в то время существовали, то почти вся вы­ ручка за корову уйдет на оплату налога. Так что колхознику немного оставалось даже от личного хозяйства, а надо было на что-то самим одеваться, одевать и учить детей, да чем-то питаться.