Тернистый путь солдата

условия нам даны были такие, что если провинился, недостойно себя ведешь на улице или появился выпивший в городе, то боль­ ше уже не пустят. Поэтому мы старались не допустить нарушения условий, соблюдали все условия поведения за границей, чтобы не показать свое бескультурье. Сливен - город небольшой, поэтому ходили по всему городу. Ходили в корчму, покупали виноград, персики, сливы, яблоки и другие фрукты, у меня немного денег болгарских было, потому что свою получку, которую мне платили, в пятьсот левов, я как попало не расходовал. Да и купить здесь, кроме всевозможных фруктов и овощей, было нечего. В город, когда все познакомились с обстановкой, ходили многие, после за это почти никакой строгости не было. Но зато, если какой военный напился, пьяным сажали на гауптвахту на несколько суток в зависимости от степени нарушения. Служба протекала нормально, наши радиостанции поставили на консервацию, в них мы не заходи­ ли, они были под замками. Работала только радиостанция Реф, она периодически поддерживала связь с Москвой. А мы, радисты, оста­ лись как бы не у дел. Пришло время, когда перестала литься кровь в боях с немецкими фашистами. Прекратился вой и гул самолетов над нашими головами, замолкали артиллерийские орудия и минометы. Танки уже поставле­ ны на консервацию, но никогда не забыть тех жестоких боев, в кото­ рых пришлось мне принимать непосредственное участие. Мы всегда будем помнить о тех, кто за честь и свободу своей жизни не щадил. Отцы и деды наши были верны своему народу, и нам завещали быть такими. Наши воины не уронили чести русского солдата, они всегда были победителями в великих сражениях многих войн. О храбрости и доблести, их высоком моральном духе знает весь мир. Но не так уж много их осталось в живых на этом свете. Могилы в песках, в горах, на полях, покрытых зеленой травой. Они могут хранить память дольше, чем клятва тех, кто остался жить на земле. Но, к великому сожалению, до сих пор еще не все захоронены и лежат в лесах и болотах. Многие из них считаются пропавшими без вести. Я находился в составе 46-го батальона связи, а внутри батальона в радиороте, а в общем в 4-м Мехкорпусе. И сейчас наша послевоен­ ная служба стала похожа на нормальную военную службу, конечно, нас уже не так тренировали, как в довоенное время, строевой под­ готовкой с нами не занимались, да и что из нас уже делать строеви­