Тернистый путь солдата

плотности, что лодкам и малым судам невозможно проплыть. Появилось серьезное препятствие для снабжения войск, обороняющихся на правом берегу Волги. На нашем небольшом участке с трех сторон были до зубов вооруженные немцы, которые стремились нас уничтожить и сбросить в Волгу. Наши траншеи и окопы находились так близко к вражеским, что наш громкий разговор слышали немцы, а мы - их. Каждый вечер они иг­ рали на губных гармошках, пели песни. Особенно они любили нашу «Ка­ тюшу». Кричали нам: «Рус, спой катуш» и дальше кричали: «Рус, Вольга буль-буль, сдавайтесь, а то всем вам капут». И так было до второго но­ ября, когда рано утром около сотни германских «Юнкерсов-87» начали бомбардировку и пулеметный обстрел обороняемой нами небольшой территории, вскоре к этому обстрелу подключились и минометы. Все сра­ зу смешалось, душераздирающий вой пикирующих бомбардировщиков со включенными сиренами, свист падающих авиабомб. Только одно это может лишить человека всякого разума. Вся эта какофония постоянно усиливалась. Бомбы рвались сразу де­ сятками, все, что еще оставалось сравнительно целым в этих пригоро­ дах, рушилось: разлетались домики, летели бревна, кирпичи, камни, все горело. Картина напоминала Страшный суд. У нас в обороне был всего один танк Т-34, так его взрывами переворачивало несколько раз с одно­ го бока на другой и так почти весь день. Самолеты сбрасывали бомбы, улетали, загружались и снова продолжали свою разрушительную работу. Все было окутано дымом, в котором были видны длинные языки пламе­ ни от горящих деревянных строений. Я не знаю, были ли в этих приго­ родах жители, но если они были, то вряд ли кто из них остался в живых. Здешняя полковая артиллерия и минометы были разбиты. Немало солдат погибло. В живых остались только те, кто занял позиции в око­ пах и траншеях близко к немецкой обороне - на расстоянии 50-70 мет­ ров. Близко к расположению своей передовой немецкие летчики не бомбили - боялись попасть по своим. Наши наблюдательные пункты, без которых не могла стрелять артиллерия с левого берега, в тюрьме и трехэтажной школе были полностью разрушены. В школе погибли все, кто находился на наблюдательном пункте артдивизиона 149 стрелковой бригады, в том числе командир дивизиона капитан, вот только забыл его фамилию, кажется Долгов. После этой страшной бомбардировки еще долго дымились глубокие воронки от бомб идогоравшие домики многострадальныхмирныхжите- лей. Наш единственный танк лежал на боку. Если бы на нем сразу пошли в наступление, то по-видимому могло быть, как немцы предсказывали,