Мы победили

тайского края, в котором пишет: «Отец первую службу проходил с декабря 1936-го по октябрь 1938-го. В июле 1941-го снова призван в 87-й отдельный стрелковый батальон, где был командиром отде­ ления с июля того же года по май 1942-го. С мая 1942-го по сентябрь 1946-го он в 257-м тяжелом самоход­ ном танковом полку (шофером). В войне с самураями участвовал в составе названного мною танкового полка в составе 1-го Дальнево­ сточного фронта - с 8 августа по сентябрь 1945 года. Кирилл Яковлевич, мой отец, был большим тружеником, он уже до войны освоил профессию тракториста и работал на небольшом тракторе, марка которого была «Фордзон». Действительную, как говорил нам отец, он служил в Финляндии. После Великой Отече­ ственной снова работал в МТС на тракторе, а затем бригадиром тракторной бригады. Здоровье было подорвано, отец сильно забо­ лел. Колхоз, в котором он проработал десятки лет, добился ему вы­ деления путевки на курорт, и он опять побывал в Финляндии, где находился нужный ему курорт. С его заболеванием он был самым подходящим, по географии расположения, лечебным учреждениям. Ну, а в 1956-м сняли с воинского учета по третьей группе инвалид­ ности. Из наград отца: «За победу над Германией», 20 лет, 25 лет, 30 лет Победы в Великой Отечественной войне 1941 - 1945 гг., «50 и 60 лет Вооруженным силам СССР», орден Отечественной войны 2-й степени. Отец мало о чем из военного прошлого рассказывал. Но один его рассказ мне врезался в память. Он упоминал Харбин. Однажды в тех местах шел сильный бой, целых двадцать дней не прекращались атаки самураев на наши позиции. Отец говорил, что японцы были сильным врагом, у которого вполне доставало сил и ресурсов вести войну не менее пяти лет. Я высылаю вам благодар­ ность Верховного Главнокомандующего И.В. Сталина, которой отец, как и все войска Первого Дальневосточного фронта, были отмечены за отличные боевые действия в боях с японцами на Дальнем Востоке от 23 августа 1945-го. Правда, написано так на благодарности: «Ружейному мастеру моторизованного батальона автоматчиков сержанту Лобацевич». Отец не ругал нас и тем более не употреблял ремень в воспитании. Мы ему очень благодарны, как, впрочем, и маме.