Мы победили

Война для меня была хуже злой мачехи Чтобы понять мой рассказ правильно, сразу же скажу, что я не помню своих родителей, но сдается, что они умерли при раскула­ чивании в тридцатых годах. До десяти лет росла в детдоме в Куз­ нецке, а в 35-м привезли меня в Каргатский район, в самое отда­ ленное село, чтобы, видно, не убежала. Приютили меня одни ста­ рики, а потом возьми да и умри они. Стало детство мое совсем пла­ чевным. Зимой немного в школу походила, а летом уже на колхоз­ ный культстан отправили и кашеварить заставили. Почему-то с продуктами было плохо, так что приходилось собирать разные съе­ добные травы, чтобы хоть чем-то накормить колхозников. Ходила в крапивном мешке, а на ноги наматывала разное тряпье. Потом, в войну, калмыки появились ссыльные, так они шили из шкур крупного рогатого скота тапочки. Тапочки эти, бывало, раз­ мокнут, а после сушки с плачем их надеваешь. Но я их носила только осенью и ранней весной. Летом же ходила голяком. Культ- стан, помнится, был в 18 километрах от села. И вот однажды все местные под 7 ноября уезжают домой, а меня оставляют. Я вдруг подумала: «А будь что будет - пойду и я в село». А дело в том, что в наших краях волки водились. Но Бог миловал - не встретились мне серые разбойники. Дошла до села, а меня уж и председатель в контору зазывает. «Почему культстан бросила?» - свирепо так зарычал. И как гвозданет меня в ухо! Думала, что Богу душу отдам. До утра, убежав от председателя, продрожала в сарае, под боком у коровы, а утром опять на бригаду потопала. Я не хочу сказать, что везде были такие председатели, но к бывшей детдо­ мовке можно было и так относиться, потому что заступников за меня не было. И так всю войну: косила травы, вязала снопы, копала силосные ямы, полола пшеницу, - словом, делала все, что нужно было для колхоза. Потом председателя сменили, а новый предста­ вил меня к медали: «За доблестный труд в Великой Отечественной войне 1941-1945гг.». Когда мне ее вручали, сколько горьких вос­ поминаний пронеслось перед моим мысленным взором, охватив­ шим всю мою военную жизнь! После войны десять лет дояркой, потом свинаркой. А тут еще одно испытание: муж умер, оставив меня у разбитого корыта. С