Под салютом великой Победы. Т.1 2020

127 всем подразделением, не погибли. После многочасового перехода по болотам люди сильно устали. И командир объявил привал. Поставив охрану, тоже прилег отдохнуть. Не выдержал часовой – заснул на посту. Жутко было потом, когда узнали, что могли всех нас, спящих, перестрелять, ну а досталось тогда и командиру, и часовому. Как ни трудно было, двигалась армия вперед. На пути вместо хуторов, станиц – черные обгоревшие печи. Из лесов, погребов, подвалов появлялись люди, изнуренные голодом, холодом, в лохмотьях, но со счастливыми глазами, иногда с букетами полевых цветов. Чем они могли встретить своих освободителей? Словами благодарности, радостью. Подраз- делению, где служил Коробко, доводилось соединиться с партизанскими отрядами, это тоже были счастливые моменты. Как-то пришлось Василию Григорьевичу быть в составе разведгруппы (к тому времени он стал комсоргом отделения). Нужно было пройти через лес, выполнить задание и обеспечить связь с соседями перед ответственным наступлением. Но лес оказался заминированным. Шедший впереди разведчик наступил на мину. Взрыв. Товарищи вернулись в часть и доложили, что два бойца погибли. – Когда я очнулся, – вспоминал Василий Григорьевич, – смотрю, разведчик, снимает ботинок, а вместе с ним ногу и отбрасывает все это в сторону. Жутко стало. Трогаю свою – вроде бы все цело, а встать не могу, вернее, я на нее встаю, а она сгибается в голени. Значит двигаться можно только ползком, но... Попал рукой на мину – кисти как не бывало, грудь, живот, лицо тоже исполосовало. Что довелось пережить парню в эти минуты! И представить трудно. Но коль остался жив, надо действовать. Пришлось оставить коробки с патронами. Автомат взял с собой (оружие должен был сберечь) и пополз. Тем временем шла вторая группа разведки из их роты, они и подобрали бойца и его товарища, по несчастью. Дошли до расположения роты, и тут иссякли силы у Василия Григорьевича. На собачей упряжке доставили его, без сознания, в ближайший полевой госпиталь,