Под салютом великой Победы Т.2 2020

40 Удивляло другое. Благосклонно отозвавшись на инициативу дедов и разрешив им по своему усмотрению использовать лошадей и быков, председатель колхоза Лубяный, а вместе с ним бригадир, и все те, кто был связан с севом, рассчитывали, конечно, на их помощь, но не в таком значительном объеме, которую получили. До полутора-двух гектаров за день начали пахать на пароконных упряжках Катя Шматко и Паша Негриенко, отец бригадира и инспектор по качеству Сергей Ашеко и Роман Чертолыс. У стариков были свои меры – загоны и десятины. Их наметанный глаз за всю хлеборобскую жизнь почти безошибочно определял долю своего дневного труда. Начинает такой пахарь работу со вторыми петухами, а их голоса отчетливо доносились от Павловки до полевого стана, и ходит, поддерживая поручни плуга почти до первых. И когда успевали дать отдых своим натруженным рукам и ногам, сомкнуть глаза для сна? Да и спали ли они в эти грозные дни и ночи? Не мерещились ли им родные сыны и братья – такие близкие и далекие, шедшие в атаку, или в перерывах между ними прижавшиеся к рыхлой и влажной стенке окопа под Великими Луками, Торопнем, Старой Руссой? И не эти ли явственные видения близких говорили с ними по ночам в минуты, когда каждый оставался наедине с собою, не они ли были той магической силой, заставлявшей делать из невозможного возможное? Нашел себе дело по душе и Михаил Аверьянович Соромок. Заменив батожок топором, от темна до темна он помахивал им, устраивая то ярмо, то барки для упряжек и, словно помолодел лет на двадцать, будто свежим чудодейственным соком жизни напоила его эта вечная труженица – земля. Старики, доярки, все те, чьи руки умело и еще неумело держали плуги, вспахивали больше, чем четыре трактора вместе взятых. Но бригадир Степан Сергеевич Ашеко был бы плохим хлеборобом, не рассчитай он заранее, что каждому овощу – свое время: вспаханной земли прибавлялось с каждым часом,