Под салютом великой Победы Т.2 2020

133 жить с такой большой семьей. Шестерых детей поставить на ноги – это не шутки. Но все выросли, выучились. Сейчас часто о стариках отзываются пренебрежительно, смешные, мол, они не приспособленные к современной жизни. А вот я думаю, а мы смогли бы вот так, как они, жить и работать на износ, только ради того, чтобы следующему поколению жилось чуточку полегче? Артем Солдатенко «Папка, ну почему ты погиб?» Николай Чеснок своего отца запомнил молодым, таким, каким он уходил на фронт. Другого он просто не видел, похоронка на Ивана Петровича Чеснока пришла в 1942 г. – Получив тот документ, мать долго плакала. Я-то не знал, почему это она так убивается, ну, погиб и погиб, не только у нас, но и у других тоже папки гибли. Она плакала, а я воробьиные гнезда зорил. Было нас у нее четверо. Один совсем маленький, Феденька, простыл, закашлял и умер. Мать все время на работе, мы, как могли, управлялись по дому. Кто постарше, тоже помогали колхозу. Мы жили в Орловке, мать ухаживала то за свиньями, то за другим скотом. Как-то раз я решил ночью за нее быков попасти. Спать сильно хотелось, быки легли, думаю, я рядом с одним прилягу, он встанет и меня разбудит, так и не попадут в посев, услежу. Просыпаюсь – все быки на полосе, а тот, у которого я под боком примостился, лежит. Наверное, меня пожалел, не стал будить. В войну приходилось нам, пацанам и девчонкам, пахать на быках, на лошадях копны возить. Лошади-то у меня послушные были, а вот быки лягут и не поднять. Так я приспособился: что есть мочи крикну в ухо, бык и подскочит. Помню, как тетя Маша Сахошко ходила за плугом, а я погонял быков. Темнело, но так хотелось еще пройти загон, уговорил тетю Машу. Наутро бригадир похвалил. А я радовался, что еще один трудодень заработал. А сколько раз быки на ноги наступали, всю шкуру снимут, землей присыпал и дальше. Обуви-то почти никакой.